По земле и воде, в глубине и в воздухе

На форуме ожидается около 2 500 участников, среди них – представители власти, в том числе стран АТР и формата «БРИКС плюс / аутрич», бизнеса, научного сообщества, институтов развития, а также ведущие эксперты отрасли. В прошлом году первый форум «Крылья Сахалина» посетили представители 19 стран мира. Мероприятие в Южно-Сахалинске пройдет 3-4 июля. Об основных направлениях деловой программы, выставке беспилотных решений, испытаниях в дронопорте «Пушистый», соревнованиях, фестивале «Взлетай», а также участниках из России и других стран рассказали губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко, заместитель министра промышленности и торговли РФ Василий Шпак, заместитель генерального директора АСИ по продвижению новых проектов, исполнительный директор АНО «Платформа НТИ» Андрей Силинг, директор проектов по авиации и беспилотным авиационным системам компании «ГЛОНАСС» Сергей Кукарев и заместитель генерального директора компании «ЗАЛА АЭРО» Сергей Люстарнов.

– Чем форум будет отличаться в этом году? Какие направления, темы и решения в сфере БПЛА будут представлены?

– Валерий Лимаренко: Сахалин в третий раз принимает участников форума «Крылья Сахалина», и я с уверенностью заявляю: это будет незабываемое шоу. Время не стоит на месте – оно движется, развивается, рождает новые вызовы, и наш форум станет ответом на каждый из них. Прежде всего, в связи с выходом указа Президента, регламентирующего движение беспилотных судов, мы совместно с командой «Эра Глонасс» продемонстрируем, как выстраивается работа беспилотных систем, как организуется система управления и как осуществляется взаимодействие с Росавиацией. Всё это будет происходить буквально на ваших глазах. Все летательные аппараты на Сахалине, в соответствии с указом, уже перешли на эту систему и выполняют гражданские задачи, оснащённые датчиками «Эра Глонасс», интегральной разрушительной системой и системой мониторинга. Полагаю, что команда «Глонасс» представит на форуме инновационные решения, и это будет по-настоящему интересно.

Второй ключевой момент – мы покажем новое качество партнёрства. Сформирован альянс компаний «Зала» и «Аврора». Напомню, «Аврора» – это единая дальневосточная авиационная компания, объединяющая все авиапредприятия региона. У неё появилось беспилотное крыло – «Аврора БАС». Этот альянс продемонстрирует комплексную работу системы: эксплуатирующая организация, применяющая авиационные системы, и компания, специализирующаяся на беспилотниках, с собственной системой связи, мониторинга и обработки данных. Мы сформировали этот альянс совсем недавно и возлагаем на него большие планы по развёртыванию единой системы на всём Дальнем Востоке: начиная с Сахалина, затем Камчатка, Амурская область и далее по всему региону. Фактически, мы покажем, как работает система в действии, и пригласим участников к её развитию.

Кроме того, на форуме «Крылья Сахалина» будут представлены не только гражданские системы, но и технологии специального применения. Вы знаете о поручении Президента создать в каждом регионе систему защиты от беспилотников. Мы продемонстрируем, как в связке работают система «Зала» и система, которую мы сейчас разрабатываем совместно с «Авророй», а также каким образом обеспечивается безопасность ключевых объектов.

Особенность форума в том, что мы покажем взаимодействие беспилотников в трёх средах: на море, на земле и в воздухе. Также в рамках форума пройдёт традиционный фестиваль для школьников и молодёжи «Взлетай!» и спортивные соревнования по гонкам дронов. Будет учреждён Кубок губернатора для морских и авиационных беспилотников с определёнными показателями достижений, разработаны маршруты, которые участники форума будут преодолевать в состязательном режиме.

— Какие механизмы федеральной поддержки сегодня наиболее востребованы для комплексных решений развития беспилотников трёх сред? Как Министерство промышленности и торговли оценивает роль региональных площадок, таких как «Крылья Сахалина», для ускорения их внедрения?

— Василий Шпак: В рамках национального проекта предусмотрен широкий спектр мер поддержки, охватывающих все этапы жизненного цикла: от проектирования и производства до эксплуатации беспилотных авиационных систем. Однако эта конструкция не отлита в бронзе – всё течёт, всё меняется, жизнь идёт. Если на первых этапах для нас было критически важно создать индустрию и сделать упор на формирование инфраструктурной сети – тех мест, где могла бы зарождаться кооперация разработчиков и производителей, – то сегодня мы можем констатировать: индустрия беспилотных авиационных систем в стране создана. У нас достигнут серьёзный, высокий уровень как по гражданскому, так и по специальному, военному направлениям. В последнем наши производители и их решения находятся в мировом топе.

Теперь задача – как можно шире и эффективнее внедрять имеющиеся технологии и решения во все сферы хозяйства. Здесь ключевое значение приобретает экономика: экономическая эффективность, выбор тех сценариев, в которых применение таких технологий даёт ощутимые преимущества по сравнению с традиционными способами решения задач. В этом смысле «Крылья Сахалина» и сам Сахалин – место совершенно уникальное. И не только благодаря географическому и климатическому положению, но и тем инициативам, которые проявляют областная администрация и лично губернатор. Сценариев применения уже накоплено более шестидесяти. Они размещены в Государственной информационной системе промышленности (ГИСП) на сайте. Эти сценарии наш Федеральный центр беспилотных авиационных систем при поддержке коллег из Национальной технологической инициативы, Министерства транспорта и других ведомств собирает по всей стране для масштабирования лучших практик.

Важно отметить, что среди них уже есть сценарии, связанные не только с использованием авиационных беспилотников, но и с применением наземных робототехнических комплексов. Мы надеемся, что при активной поддержке правительства Сахалина, в том числе по итогам третьего форума, мы пополним наш арсенал сценариями применения безэкипажных катеров.

Уникальность Сахалина как раз в том, что там есть возможность отрабатывать сценарии не просто в разных средах, а мультисредные. Одно дело – использовать беспилотник на каком-то перегоне для решения транспортно-логистической задачи. Совсем другое – в условиях бездорожья при больших расстояниях, задействуя все доступные среды – водную, воздушную – для перемещения грузов и ценностей. Задач много, и в их рамках существует множество экономически эффективных решений, позволяющих снижать себестоимость, повышать эффективность и делать жизнь граждан в разных регионах страны удобнее, комфортнее и безопаснее.

Поэтому роль форума сложно переоценить. Он уникален. К сожалению, на европейской территории не всегда есть возможность летать тогда, когда это необходимо, в силу объективных и субъективных причин. На Сахалине можно летать, плыть и двигаться 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, и этим необходимо пользоваться. Мы рассчитываем, что, как и в прошлом году, после форума останется серьёзное наследие, которое позволит существенно продвинуть использование беспилотных технологий в стране, открыть новые горизонты. Напомню, в прошлом году мы демонстрировали возможность работы системы идентификации, и по факту её реализации в рамках форума была принята соответствующая нормативная база – теорема о существовании была доказана. Уверен, что и после форума в этом году откроются новые горизонты для нормативных изменений в масштабах всей страны.

– Насколько мы сегодня суверенны в сегменте беспилотных аппаратов, и есть ли смысл говорить о международной кооперации?

– Андрей Силинг: Прежде всего, хочу отметить, что «Крылья Сахалина» проводятся не в центре, а на Востоке, и это правильно. Мы вместе с командой Валерия Лимаренко проводили «Архипелаг» в 2024 году, два года назад. Тогда мы поняли очень чётко и ярко: центр находится именно там – не только центр страны, но и центр мира. Потому что там встаёт солнце, там наша страна встречает новый день, там рождается будущее. С одной стороны, это было как вчера – июль 2024 года. С другой – за два года утекло много воды, и произошло много хорошего благодаря этой работе.

Отвечая на вопрос: существуют оценки уровня суверенитета, степени нашей технологической независимости. Но суровая правда заключается в том, что технологии и рынки развиваются настолько стремительно, что любой достигнутый сегодня уровень, если вы не движетесь активно вперёд, устареет буквально за несколько месяцев. Автономные технологии и беспилотные системы – это основа не только безопасности, как мы видим ежедневно, но и экономики. Сейчас происходит технологическая революция в сфере искусственного интеллекта, которая меняет правила и архитектуру экономических и технологических систем. Огромное спасибо коллегам и команде Сахалина за то, что, взявшись за эту сложную повестку, они ведут её системно и масштабно. И в минувшем, и в текущем году проект «Крылья Сахалина» является неотъемлемой частью Архипелага. Об Архипелаге 2026 года мы расскажем в отдельном материале. За последние полгода совместно с научным центром Министерства транспорта Российской Федерации мы провели масштабную системную работу и завершили формирование карты технологического суверенитета в области транспортных технологий.

Карта включает порядка четырёхсот технологий и пять крупных моделей для каждой сферы. В части беспилотных авиационных систем это уже четвёртое поколение карты. Первое поколение было представлено на Сахалине. Накопленная экспертиза позволяет нам, во-первых, определять приоритеты технологического развития совместно с Министерством транспорта, Министерством промышленности и торговли, Федеральным агентством воздушного транспорта и другими курирующими структурами. Во-вторых, мы взаимодействуем с технологическими компаниями и лидерами отрасли, в частности с акционерным обществом «ГЛОНАСС». Именно с «ГЛОНАСС» в 2024 году мы совершили крайне значимый и серьёзный шаг вперёд.

То, о чём сегодня Валерий Лимаренко говорит как о рыночных решениях, которые будут демонстрироваться в ближайшее время, на момент начала работы представляло собой довольно сырые разработки. Мы привезли их на Архипелаг и провели там, можно сказать, боевые испытания. Интеграционная работа, выполненная в течение десяти дней Архипелага, оказалась бесценной. Двадцать шесть компаний, размещённых в третьем ангаре на аэродроме «Пушистый», смогли пройти путь, который в обычных условиях занял бы от полутора до двух лет. Столь высокая плотность коммуникаций – присутствие главных инженеров, главных конструкторов и IT-специалистов – в условиях герметичного пространства и под давлением, которое создавал Валерий Игоревич и все наши соратники, позволила существенно продвинуться в технологическом решении. Эффект интеграции и управления интеграцией является важнейшим результатом таких площадок, как «Крылья Сахалина» и Архипелаг.

Поэтому Агентство стратегических инициатив и платформа Национальной технологической инициативы активно поддерживают всё положительное, что реализуется на этих площадках сахалинской командой. Мы будем активно участвовать и приглашаем всех прибыть в начале июля, чтобы принять участие в этой серьёзной и важнейшей для страны работе.

– Каковы перспективы комплекса связи, аналога «Старлинка», и каковы ваши ежегодные производственные планы? Как вы видите его внедрение в гражданские отрасли?

– Сергей Люстарнов: На прошлом форуме мы впервые в России на Сахалине продемонстрировали загоризонтный пульт динамического управления беспилотным летательным аппаратом. В этом году мы пошли дальше. 17 апреля при участии представителей компании «Аврора-БАС», регулятора Росавиации и Государственной корпорации по организации воздушного движения мы показали полёт разнотипных воздушных судов разных производителей с загоризонтным управлением.

Полёт прошёл в штатном режиме и подтвердил свою эффективность. Что касается сравнения с геокосмосом – это система с принципиально иной архитектурой по отношению к существующим решениям. Разработка ведётся уже более десяти лет. Изначально она создавалась для топливно-энергетического комплекса, чтобы обеспечить комфортную работу различным группам беспилотных летательных аппаратов в едином воздушном пространстве – в условиях отсутствия спутниковой навигации и тяжёлой обстановки по системам связи.

Мы строим сеть программно-определяемых наземных станций, что даёт полную независимость от так называемых нейтральных вод и промышленных рисков в космосе. Насыщение гражданского рынка уже происходит. В одном из федеральных округов мы построили опытный полигон, где ежедневно тестируем систему. Тесты проводятся с привлечением ведущих институтов – Института гражданской авиации, Научно-исследовательского института телекоммуникаций. Совместно с «Эрой ГЛОНАСС» мы разработали единое решение, которое впервые в России продемонстрируем на Сахалине.

Мы работаем в тесном партнёрстве с Росавиацией и Госкорпорацией по организации воздушного движения. Все наработки мы тестируем в максимальной степени готовности и внедряем на рынок с высокой скоростью. Что касается производственных планов – система уже выпускается. В этом году мы планируем расширить её на Сахалин. Сначала на форуме «Крылья Сахалина» мы покажем полный функционал системы, после чего будут определены окончательные технические характеристики и согласованы с правительством Сахалинской области для дальнейшего внедрения. Валерий Игоревич, приглашаю вас 2 июня предварительно ознакомиться с нашим производством, чтобы увидеть, как собираются и изготавливаются как системы связи, так и системы независимой навигации.

На сегодняшний день мы искусственно сдерживаем производство до момента принятия ключевых решений и масштабирования. Тем не менее, производственные мощности позволяют быстро нарастить необходимые объёмы, что позволит как закрыть потребности рынка, так и выполнить требования национального проекта «Беспилотные авиационные системы» в части создания бесшовного цифрового неба. На данный момент система доработана до уровня единой информационной среды для робототехнических комплексов в большом количестве сред. Это соответствует поручению президента, вышедшему в феврале, по созданию единой цифровой информационной системы с интеграцией различных робототехнических комплексов, и продолжает совершенствоваться.

– Какие вы видите на данный момент главные результаты и показатели, а также какие новые сервисы и технологии планируете представить в качестве новинок на «Крыльях Сахалина» 2026 года?

– Сергей Кукарев: С 1 марта 2026 года вступило в силу постановление Правительства. Система идентификации создаётся по поручению Президента Российской Федерации. Ещё в 2024 году на форуме «Сильные идеи нового времени», при активной поддержке Минтранса России, Минпромторга России и платформы НТИ, мы представили концепцию цифрового бесшовного неба, и оттуда стартовали. Направлению был дан успешный старт. Мы считаем систему идентификации нулевым уровнем, базовым фундаментом цифрового бесшовного неба. В самые сжатые сроки был реализован сервис подключения к единой системе идентификации. Сегодня на инфраструктуре «Эры ГЛОНАСС» физические лица могут пройти весь процесс идентификации за считанные минуты. По количеству подключений мы пока не оцениваем – много это или мало. С производителями устройств идентификации мы находимся в тесном контакте. На сегодняшний день поставлено около двух тыс. устройств идентификации. Граждане активно подключаются к системе.

Почему это важно? Система идентификации обеспечивает прозрачность использования беспилотных воздушных судов и авиационных систем, повышает доверие к информации о полётах и мониторинге, и в конечном счёте открывает небо. Мы провели экспресс-анализ. По нашим оценкам, на территории примерно сорока субъектов Российской Федерации в течение года можно последовательно снимать региональные ограничения на полёты беспилотных авиационных систем, подключая их к единой системе идентификации. Отмечая роль Сахалина в этой части, мы понимаем, что в современных условиях у нас нет права на медлительность, бюрократию и технологическую инертность. Вся команда беспилотного проекта Сахалина на протяжении двух лет шла навстречу – любые инициативы воспринимались положительно. Необходимость тестирования? Коллеги всегда идут навстречу. Личная вовлечённость Валерия Игоревича во все эти процессы позволила нам быстро пройти этапы тестирования, устранить первоначальные ошибки и перейти к коммерческой работе.

Говоря о новых технологиях, мы понимаем, что должны выполнять поручения Президента по развитию беспилотных авиационных систем. Из нового, что мы покажем в этом году – мультисредность на единой платформе системы идентификации. Мы продемонстрируем высокоавтоматизированные транспортные средства, беспилотные авиационные системы, безэкипажные морские катера и наземные робототехнические комплексы. Всё это будет идентифицироваться в одном пространстве, как определено поручениями.

Следующая важная задача в системе идентификации – обеспечение идентификации в режиме реального времени. Это комплексная задача, которая в мире решается по-разному. Пока никто не смог её полностью решить. Даже наши соседи из Китайской Народной Республики находятся в ожидании собственной низкоорбитальной спутниковой группировки. Они пошли по пути гибридной идентификации, соединяя сетевую идентификацию в сетях подвижной радиотелефонной связи с наземной инфраструктурой вещательного типа.

Это обеспечивается аналогом дрон-ID. Когда любой робототехнический комплекс приближается к вам, и отсутствует сотовая связь, вы можете с помощью приложения на сотовом телефоне, работающего в авиарежиме, отсканировать любой беспилотный летательный аппарат или ровер и получить достоверные данные. Такой гибридный формат позволяет обеспечить идентификацию в реальном времени до появления низкоорбитальных спутниковых группировок. Этот механизм – аналог отечественного дрон-ID – мы покажем на Сахалине, на форуме «Крылья Сахалина».

Следующий важный момент: по поручению президента в стране должен быть создан механизм информирования о необходимости экстренной остановки движения автономных систем либо экстренной посадки. Мы разбиваем это на два этапа. Первый этап – доведение информации до оператора беспилотной системы с последующим анализом скорости получения команды, времени реакции и выполнения технологии посадки. Второй, более сложный этап – аппаратная принудительная остановка. Здесь наша страна технологически готова, но больше вопросов на стороне нормативного регулирования и отработки алгоритмов. Нельзя просто нажать кнопку и остановить беспилотный грузовик посреди трассы или заставить авиационную систему экстренно снижаться неизвестно куда. В этой части нам вместе с Минтрансом и Минпромторгом, в рамках исполнения поручений президента, предстоит большая работа. На Сахалине мы продемонстрируем такую технологическую возможность. Как правильно сказал Василий Викторович, два года назад мы продемонстрировали систему идентификации – и сейчас
она уже в нормативе. Точно так же с механизмом «красной кнопки»: мы покажем, что такая технологическая возможность существует, а затем будем решать, как перевести её в нормативно-правовое поле.

– Каким образом проведение форума будет способствовать внедрению беспилотных технологий в реальный сектор экономики региона?

– Валерий Лимаренко: Позвольте мне пояснить на примере градостроительной деятельности. Совместно с Росреестром мы внедряем передовые технологии и инструменты. Какой от этого эффект? Весьма показательный. Вся градостроительная деятельность в регионе полностью оцифрована. Генеральные планы и мастер-планы переведены в цифровой формат. В настоящее время мы создаём трёхмерную модель агломерации, включающую объекты как над землёй, так и под землёй. Мы проводим верификацию всех данных кадастровой системы, выявляя несоответствия.

Перейдём к следующему направлению. Если вы приедете к нам, то, преодолев сотни километров по дорогам, не увидите ни одной свалки мусора. Потому что беспилотные летательные аппараты постоянно барражируют, фиксируют нарушения и передают сигналы, после чего главы муниципальных образований оперативно ликвидируют несанкционированные свалки. Обратите внимание: за последние несколько лет площадь лесных пожаров на Сахалине сократилась в сорок раз. Если бы подобные технологии применялись в других регионах России или мира, телевизионные репортажи не демонстрировали бы пожары, уничтожающие десятки гектаров. Мы, безусловно, занимались этим в рамках снижения углеродного следа, но, помимо прочего, активно использовали беспилотную авиацию и иные системы мониторинга. Сегодня это стало частью нашей культуры – как, например, культура мониторинга русел рек. Вы, вероятно, удивитесь, но мы уделяем этому пристальное внимание. Вы, возможно, подумаете: «Неужели этим людям больше нечем заняться?» Однако наводнения происходят именно потому, что вода не может уйти по руслам, сформированным веками. Если устранять заторы, убирать упавшие деревья и управлять этим процессом, никто не пострадает. Мы на Сахалине не тонем, хотя раньше такие трагедии случались. Поэтому, когда меня спрашивают о беспилотной авиации, я отвечаю: мы не горим и не тонем. А это, заметьте, беда для сотен тысяч людей – затопление огородов, домов, подвалов. Для нас это чрезвычайная ситуация. Если в каком-либо подвале появляется вода, мы отслеживаем это скрупулёзно. Беспилотные системы прочно вошли в нашу повседневную жизнь. Мы следим за состоянием дорог. Представьте себе тыс.у километров трасс – попробуйте проконтролировать это вручную. А мы с помощью беспилотников выявляем, где что не убрано, где появляются дефекты. Мы формируем цифровые карты дефектов и в течение сезона их устраняем. С каждым годом количество таких дефектов сокращается. И, что немаловажно, через это приходит доверие населения к власти. Вот так, приблизительно.

Сейчас мы переживаем мощную поворотную точку. Беспилотная авиация должна стать неотъемлемой частью авиации в целом. Что такое пилотная авиация, всем понятно: сеть аэродромов, грузы, пассажиры, народнохозяйственная деятельность. Однако необходимо развивать и малую авиацию, которая широко распространена во многих странах мира и была развита в Советском Союзе. А ещё нужна беспилотная авиация, потому что есть задачи, которые нецелесообразно решать пилотируемыми самолётами. Условно говоря, долетел до аэродрома, прикрепил коробку к беспилотнику, и он улетел в отдалённую деревню с лекарствами или посылкой. Сейчас в России активно развивается система сетевой торговли – Ozon, Wildberries, и всё это может доставляться беспилотниками. Это эффективно. Почтовые сообщения и так далее. И крайне важно, что мы совместно с компанией «Зала» будем создавать связь по всем маршрутам полётов. Это новая инфраструктура, которая обеспечит новое качество народнохозяйственной деятельности и безопасности.

Во-первых, это позволит опираться на эту систему как пилотируемой авиации, так и беспилотной, и малой. Во-вторых, это новое качество услуг и новая инфраструктура. Я убеждён: пройдёт десять лет, и этот день, когда мы говорим об этом повороте, станет знаковым, потому что мы вступаем в новую эру. Наступит время, когда беспилотники будут такими же распространёнными, как сотовые телефоны. Кто в восьмидесятых годах мог подумать, что в такой маленькой коробочке будет и телевизор, и компьютер, и газета, и телефон? В советское время я был руководителем, и люди стояли в очереди, чтобы поставить телефон в квартире. Телефон передавался по наследству. А потом появилась сотовая связь. Такую же сотовую авиационную связь мы сейчас будем создавать вместе с «Залой». Это, простите, бесплатная реклама, но я благодарен.

– Существуют ли меры поддержки для компаний, применяющих беспилотные летательные аппараты?

– Валерий Лимаренко: Мы носим их на руках с утра до вечера. Вот это и есть главная преференция. Сахалинская область занимает четвёртое место в Российской Федерации по инвестиционной привлекательности. Что это значит? Мы создаём условия, при которых бизнесу легко развернуться. Компания «Зала Аэро» будет разворачиваться у нас, и мы уже носим её на руках несколько месяцев. Понимаете, бизнес – это эффективное использование ресурсов. Некоторые думают, что ресурсы – это деньги. На самом деле ресурсы – это доверие, честность, внимание, забота об инвесторах. Это создание условий для быстрого принятия решений и быстрого развёртывания. Например, мы несколько лет подряд занимаем первое место в России по регуляторике: скорость выделения земельных участков под строительство, скорость подключения к газу, электричеству, воде и другим ресурсным сетям. Это сопровождение проекта на всех стадиях: предпроектной, проектирования, подбора земельных участков.
Компания «Зала Аэро» ни разу не попросила у нас денег или субсидий на покрытие убытков. Чем эффективнее и крупнее компания, тем меньше она интересуется льготами. Хотя, если они зарегистрируются на Курильских островах, они двадцать лет не будут платить налоги, а социальные выплаты составят не 30 %, как у остальных резидентов, а 7,2 % от зарплаты. Льготы существуют, и они важны. Но важнее внимание и забота. Я вас уверяю, это железно. И, конечно, знание предмета, которым занимаешься. Я увидел, что беспилотники можно развернуть как сотовую сеть, а другие этого не заметили. Вот это и есть колоссальный ресурс. Как Америка Веспуччи понял, что приплыл в Америку, а Колумб думал, что в Индию. Мы на Сахалине это увидели.

– Каков текущий уровень локализации системы «Геокосмос»?

– Сергей Люстарнов: Изначально система «Геокосмос» разрабатывалась как суверенное решение, независимое от импортных комплектующих и технологий. Уровень локализации благодаря такому подходу является одним из максимальных в данной отрасли. Программное обеспечение и все используемые алгоритмы – исключительно разработка нашей компании. Передающие модули и платы – российского производства. Существует небольшой % импортных комплектующих, но в ближайшей перспективе система будет сто%но российской. Критически важные сегменты нашей системы – полностью отечественная разработка и производство.

– Что необходимо сделать другим регионам, чтобы по примеру Сахалина обеспечить мониторинг беспилотных авиационных систем?

– Сергей Кукарев: В первую очередь регионам необходимо проанализировать сценарии, о которых говорил Валерий Викторович. Эти сценарии размещены на информационном ресурсе Минпромторга. Следует посмотреть, где их можно применить, оценить их эффективность и поработать над новыми. Прозвучало сравнение: беспилотник сегодня – это летающий смартфон. Если ограничивать его стандартными подходами, это всё равно что взять смартфон и сказать: «По нему можно только звонить и больше ничего». Попробуйте посмотреть на дополнительные функции, которые беспилотник вносит в жизнь, не ограничиваясь стандартным набором авиационных работ. Расширьте взгляд. После этого подключитесь к государственной информационной системе «ЭРА-ГЛОНАСС» и системе идентификации, обеспечьте прослеживаемость и оцените, как эти сценарии реализуются, получая достоверные объективные данные. Вы сможете оценить не просто факт покупки беспилотника, а то, сколько часов он налетал в каждом месяце. После этого наложите эти данные на рейтинг цифровизации, разработанный Минпромторгом. В совокупности всех этих решений принимайте взвешенные шаги по снятию региональных ограничений. Мы не говорим о том, что в нынешней ситуации можно отменить региональный запрет для всех. Мы понимаем объективную реальность. Но постепенно выделите какой-то маршрут, какой-то сценарий и шаг за шагом смягчайте региональные ограничения.

– Каким образом осуществляется подготовка квалифицированных кадров в регионе для рынка беспилотных летательных аппаратов?

– Валерий Лимаренко: Кратко: с сентября 2025 года в техникуме региона ведётся обучение по данной профессии. Теперь – развёрнутый ответ. Каждый ребёнок, начиная со второго класса, осваивает управление беспилотниками. Преподаватели – это тренеры, объединённые в команду, которая занимается, скажем так, гражданской обороной. Так или иначе они участвуют в добровольческих проектах. Мы убеждены, что это направление крайне перспективно. Со временем у людей, работающих с беспилотниками, появится множество профессий. Самая простая из них – дроновод, по аналогии с шофёром. На заре развития системы беспилотной авиации мы провели для себя мозговой штурм и определили свою нишу. Я имею в виду Сахалинскую область. Мы решили, что будем производить беспилотники, но не станем заводом по их выпуску. Мы займёмся современными материалами для них, но не превратимся в фабрику по производству этих материалов. Высшая квалификация в этой сфере – функция заказчика. Например, заказчик по строительству АЭС — это высший пилотаж. Полагаю, более высокой квалификации в инженерной части в мире не существует. Мы – заказчики в области беспилотия. То есть мы постановщики задач: что и как следует делать. Длина крыльев, грузоподъёмность, дальность перелёта – всё это присутствует на рынке. Фактически можно комбинировать любые системы. Вот, например, «Геокосмос» сегодня представляется как система связи – это системное решение. Там могут летать различные беспилотные корабли, ползать по земле, ходить по морю. Тоже системное решение. Понимаете? Во всех сферах деятельности должны быть свои специалисты, и в беспилотии в первую очередь – заказчик. Поэтому мы сейчас сосредотачиваемся на этой функции как на самой квалифицированной.

– Какие отрасли гражданской экономики имеют наибольшую годовую потребность в дронах?

– Василий Шпак: Сегодня прозвучало несколько весьма интересных мыслей, которые глубоко откликаются моим размышлениям в этом направлении. Поэтому отвечу на ваш вопрос, но прежде прокомментирую услышанное, так как это важно для ответа. Первое и главное – скорость изменений чрезвычайно высока. Огромное спасибо Валерию Лимаренко за сравнение технологий беспилотника со смартфоном; к этому впоследствии отнеслись несколько участников. Смартфон – сквозная технология. Вспомните, когда он появился. Я скажу: 2007 год, выход первого iPhone. Прошло всего 19 лет. За это время технология произвела революцию почти во всех сферах человеческой жизнедеятельности. Появилось понятие платформенной экономики, чего ранее быть не могло, ибо в нашем кармане не было того компьютера и телевизора, о которых говорил Валерий Игоревич. Не было дистанционного электронного голосования на референдумах и выборах. Это затронуло все отрасли. Мы не общались в сетях большую часть времени, как сейчас, что меняет общественные, социальные и личные отношения.

Согласен с тем, что беспилотник со временем станет точно такой же сквозной технологией, как смартфон. Мы, получая услугу через смартфон, не задумываемся о многих вещах. Зачастую не помним номера абонента, которому звоним, – он записан в смартфоне. Раньше, в детстве, когда мы жили с родителями в коммунальной квартире, были записные книжки, которые мы помнили наизусть. К чему я веду? Скорость изменений очень высока. Поэтому посчитать и сказать, сколько и чего нужно спланировать именно сегодня, можно лишь оценочно.

Почему? Потому что количество сценариев множится стремительно. Когда мы начинали, этих сценариев было ограниченное количество – семь-девять. Сейчас, почти за год, их стало более шестидесяти, и их число растёт. Я говорю о шестидесяти – это те, что прошли соответствующий анализ, подтверждение и регулярно масштабно используются в разных отраслях страны. Поэтому для нас важно не количество штук дронов, а ключевая функция заказчика, о которой сказал Валерий Игоревич. Почему? Потому что зачастую поначалу, ведя беседы с разработчиками-производителями, мы сталкивались с позицией: «Я сделал самый лучший в мире дрон». Круто. Но для чего? Для реализации какого сценария? Очевидно, что при разных сценариях в разных условиях разный груз нужно везти на разные расстояния. Требования к дрону разнятся: размах крыльев, грузоподъёмность, скорость. Поэтому функция заказчика – это тот, кто видит и придумывает возможность эффективного применения беспилотной технологии в тех или иных отраслях гражданского хозяйства и не только. Это ключевая функция. Именно от неё возникают новые ниши и рынки, рождаются требования к новым аппаратам для большей эффективности.

Далее – больше. Мы не зря начали разговор о мультисредности. Когда есть большая задача, коллеги, например, северный завоз. Чтобы доставить груз из одного места за много тыс. километров в другое, придётся комбинировать способы доставки: где-то по дороге, где-то пролететь, где-то на безэкипажном судне по воде. У каждого дрона есть своя дальность, объём топливного бака. Поэтому, говоря о цифрах, скажу следующее. В рамках тех сценариев и условий, в которых мы находимся сегодня, оценку делал наш Федеральный центр беспилотных авиационных систем. Мы оцениваем потребность порядка пяти с половиной тыс. единиц в разных сферах народного хозяйства. Но мерить важно не в штуках, а в часах налёта. Мы должны начать летать масштабно, получать обратную связь и корректировать технические требования для тех аппаратов, на которых реализуются сценарии и достигается экономика.

Если говорить о производственных мощностях, сегодня, осторожно оценивая все беспилотные авиационные системы для всех видов назначения, которые мы можем произвести в стране, – от самых лёгких до самых тяжёлых, – полагаю, наша промышленность в год способна произвести около 15 млн единиц. Вопрос не в том, сколько мы можем сделать, а в том, насколько эффективно мы можем их использовать. Конечная польза – в экономическом эффекте, который получает человек, организация, регион или город от реализации технологии.

Думаю, на ваш вопрос я ответил. Могу добавить: мы сосредотачиваемся не на развитии производственных мощностей по конечным изделиям, как Министерство промышленности. Наша задача – получение обратной связи от профессиональных функциональных заказчиков. Быстрое разворачивание и осознание этих требований в техническое задание на локализацию технологий внутри страны, на создание и применение новых материалов, которые делают дроны прочнее и легче. На разработку и производство новых электронных блоков, позволяющих энергоэффективнее автономно работать на борту. Новых двигателей, позволяющих лететь быстрее, дальше и экономичнее.

Углубление локализации и создание экосистемы таких решений в связке с профессиональным функциональным заказчиком – вот наша основная цель, а не арифметическое увеличение количества выпускаемых штук. Сейчас не эта задача главная. Что мы можем производить много, мы уже доказали, подтвердив теорему существования. Теперь нужно производить то, что необходимо, даёт экономический эффект. И два – идти в более глубокую локализацию, повышать уровень собственного производства, чтобы обеспечивать конкурентоспособность конечных изделий за счёт более современной электроники, продвинутых алгоритмов и конкурентных материалов.

– Каковы ключевые аспекты международного сотрудничества в рамках заявленной темы?

– Андрей Силинг: Позвольте добавить крайне важный аспект, который будет непосредственно реализован на Сахалине в контексте обсуждаемой тематики. Речь идёт о международном технологическом сотрудничестве. Сегодня Россия входит в число технологических лидеров в области беспилотных автономных систем. Наши компетенции приковывают внимание партнёров по всему миру – в развёртывании производства, технологической интеграции, нормативном регулировании, обеспечивающем создание и эксплуатацию беспилотников, вовлечении регионов в качестве площадок для реализации этих процессов, а также в подготовке кадров. Эти компетенции являются уникальными на мировой арене. Сахалин, как площадка, где эти достижения демонстрируются и профессионально обсуждаются с участием компетентных специалистов, представляет собой ценнейший ресурс. Валерий Игоревич упомянул ресурсы для развития бизнеса. Я бы добавил ещё один, о котором он умолчал: один из важнейших ресурсов – это длинная воля. Это способность взяться за дело и вести его, несмотря на преграды и сложности, упорно, шаг за шагом, продвигая задачу к завершению. И тогда задуманное неизбежно реализуется. Эта огромная ценность, которую команда региона представляет для отрасли, – это также огромная ценность, которую сегодня Россия представляет для мира. В этом смысле весь мир смотрит на нас. Мы взяли эту повестку несколько лет назад и активно движемся вперёд. Это колоссальный ресурс. Мы получаем позитивную обратную связь, работая с коллегами из Индии, Индонезии, Южно-Африканской Республики и многих других стран. Я уже говорил сегодня о модели технологического суверенитета. То, что мы делаем, – это экспертиза, не имеющая аналогов в мире. Она собрана по всем отраслевым срезам. У нас более тридцати двух моделей технологического суверенитета. Вместе с нашими партнёрами из дружественных стран мы активно разворачиваем это сотрудничество. Уже рождаются долгосрочные проекты, подписываются соглашения. Мы приглашаем всех, кому интересна международная повестка технологического сотрудничества, обсудить её на Сахалине и двигаться вперёд вместе.