О формировании единой партии и ее руководящем составе, программных принципах и планах по участию в предстоящих выборах от единой политической силы рассказали исполнительный секретарь Федерального совета партии «Зеленые» Константин Атаян, сопредседатели партии «Зеленые» Александра Кудзагова и Руслан Хвостов, а также композитор Роман Архипов.
– Каковы причины и цели объединения двух экологических политических сил?
– Александра Кудзагова: К объединению партий «Зелёная альтернатива» и «Российская экологическая партия «Зелёные» мы шли долго, движимые в первую очередь запросом общества на формирование единой мощной экологической силы, способной системно решать экологические проблемы. Причём двигаться не сиюминутной экономической выгодой, не поверхностно, а с глубоким пониманием принципов взаимодействия человека и природы, закладывая основы развития экономики и качества жизни, возможные только при осознании того, как работают все силы в окружающей среде. Безусловно, это объединение – мощный старт нашей совместной избирательной кампании. Это наше заявление. «Зелёных» много, «зелёные» компетентны, «зелёные» – профессионалы, живые и готовые вывести экологическую политику на качественно новый уровень и бороться за преодоление пятипроцентного барьера в Государственной Думе Российской Федерации. Некоторые скажут, что это невозможно. Но давайте посмотрим на математику победы. В 2021 году партию «Зелёные» поддержали 512 000 избирателей. Если прибавить к этому голоса партии «Зелёная альтернатива», то это уже 870 000 избирателей.
Для прохождения в Государственную Думу заветные 5% составляют примерно 3 миллиона человек. То есть нам необходимо нарастить свой вес в 3,5 раза. Ещё несколько лет назад можно было бы говорить, что это невозможно. Но последние пять лет «зелёные» были с людьми. Мы были с людьми, когда добивались закрытия полигона среди рисовых чеков в Краснодарском крае. Мы были с людьми, когда добивались строительства очистных сооружений на ЦБК в Пензенской области. Мы были с людьми, когда добивались выноса асфальтобетонного завода из черты города в Волгоградской области. Даже в Астрахани мы вместе добивались ремонта канализации. В Красноярском крае «зелёные» добиваются пересмотра тарифов на электроэнергию: в городе Дивногорске, где расположена одна из крупнейших ГЭС страны, тарифы в четыре раза выше, чем в Иркутске и выше, чем в Москве. Когда это настолько бьёт по карману, невозможно думать об экологии. Люди начинают топить углём и дровами, возвращаясь в режим «чёрного неба». Поэтому я уверена: наша обновлённая совместная сила, с принципами экологической и социальной справедливости для всех, найдёт своего избирателя. Конечно, как непарламентская партия мы добиваемся многого. Но если люди хотят больших, системных изменений в экологическом и не только законодательстве, нужны инструменты. Это своего рода общественный договор. Партия «Зелёные» предлагает понятную и полезную политику, а задача избирателя – сделать свой выбор.
– Как вы планируете находить консенсус между интересами прогресса и природы?
– Руслан Хвостов: Мы в первую очередь за человека, потому что человек – часть живой природы. На данный момент это венец творения. Только когда человек научится относиться к природе бережно и конструктивно, мы сможем добиться нового качества жизни для всех и жить в органичном, удобном мире. Без чистой воды нет ни производства, ни здоровья. Вырубил лес – потерял реку. Всё взаимосвязано. Даже последние катастрофы природного, а не только техногенного характера, показывают: если человек будет нормально относиться к природе, он избежит катастроф и получит новое качество жизни.
– Насколько вы будете узнаваемы в предвыборной гонке, которая вот-вот начнётся, и которую вы по большому счёту уже начали?
– Руслан Хвостов: С точки зрения юридической процедуры: с сегодняшнего дня существует только одна партия – Российская экологическая партия «Зелёные». 25-го числа мы провели съезд, где объявили о ликвидации политической партии «Зелёная альтернатива». Партия должна пройти все необходимые юридические процедуры. В процессе этого наши активисты из 53 региональных отделений активно взаимодействуют с новым политическим форматом – партией «Зелёные». Региональные отделения объединяются, реструктуризируются и будут только расти. Что касается брендинга – это интересный вопрос, в первую очередь к нам. Думаю, что художник Вася Ложкин и многие творческие люди вступят с нами в коалицию, и мы увидим много нового и узнаваемого в этой избирательной кампании.
– Александра Кудзагова: Получается очень интересный тандем. Партия экспертов, учёных, профессионалов объединяется с партией креативно настроенных молодых людей. Это замечательно. С одной стороны, мы по-прежнему можем предлагать регионам технологические, организационные, юридические решения реальных экологических проблем. С другой – теперь нам есть что предложить молодёжи. У «Зелёных» на данный момент 74 региональных отделения. Подтверждая слова Руслана, актив «Зелёной альтернативы» начал активно вливаться. Наш объединительный съезд показал: объединение строится не только на схожести тематики, но и на базовом, одинаковом взгляде на то, как это должно работать. Когда видишь людей с разными проектами – живых, неуспокоенных, не только экологических, но и значимых социальных, – понимаешь: вместе у нас всё получится. Хорошие люди – это здорово. Но если хорошие люди объединяются, это серьёзная заявка на победу.
– Экологическая повестка небезразлична творческой элите, не так ли?
– Роман Архипов: С зелёным движением я познакомился совсем недавно – буквально третьего дня. В прошлую субботу мой друг, режиссёр, пригласил меня на высадку деревьев в парке неподалёку от моего дома. Я подумал: «Что ж, хорошее дело, я не раз этим занимался. Погода прекрасная, зайду». Там я встретил ребят, и в течение нескольких часов мы общались. Задавались интересные вопросы, скажем так, о которых я, возможно, даже не задумывался. В конечном итоге я решил прийти и поддержать их, потому что зелёная повестка сегодня актуальна как никогда. Вспоминаю своё детство: казалось, что наводнений было меньше, города затапливало реже, не было нефтяных дождей, и экология была чище.
Возможно, в 1990-е было не до этого – другие вопросы требовали решения. Теперь же мы становимся более осознанными, эволюционируем, и появляется время заниматься тем, что для души, или, точнее, экологией – строить осознанно, не менять направления рек. Я не помню, чтобы в моём детстве город Сочи затапливало дважды в год, а теперь это происходит. Вроде построили, всё здорово, но непонятно, как там жить: смотришь – и затапливает. Раньше не было ни нефтяных дождей, ни лесных пожаров, охватывающих половину страны каждый год. Пообщавшись с ребятами, было приятно осознавать, что молодые, энергичные люди задаются этими вопросами и понимают, как с этим работать, решать и контролировать. Я, конечно, не политик и не стремлюсь им стать – каждый должен заниматься своим делом. Как гражданин, я считаю, что мы должны относиться осознанно. В нашей стране пока не принято разделять мусор, но я думаю, что мы к этому придём. Это муторный процесс, к нему нужно дойти.
А такие вещи, как высадка деревьев, осознанное потребление продуктов, утилизация мусора… Приходишь в лес – видишь пластиковые стаканы. Думаешь: «Неужели мы пещерные люди? Почему нельзя забрать с собой разбитые бутылки?» Наверное, пришло время, когда мы внутренне готовы обратиться внутрь себя, внутрь нашей страны, Земли – и заботиться о ней. Если мы хотим, чтобы наши дети жили в прекрасной зелёной чистой стране, пили чистую воду, дышали чистым воздухом – да, слово «чистый» звучит много раз, но это банально, мы все это понимаем, но не понимаем, что этим нужно заниматься. Мы привыкли принимать как данность: большая страна, много лесов, много рек. А вот нет – нужно заботиться и следить. Как говорится в русской поговорке: «Чисто не там, где убирают, а там, где не пачкают». Поэтому необходимо не только осознанное отношение, но и люди, которые контролируют, беспокоят местные власти, заставляют их работать, следить за плотинами. Как мы, к сожалению, наблюдаем ужасные события в Дагестане – этим надо заниматься. Поэтому я здесь, чтобы поддержать зелёных.
– Как будет меняться структура объединённой партии в процессе подготовки к выборам?
– Константин Атаян: В первую очередь, касаемо объединения, хотелось бы сказать самое главное. В нашей объединённой партии сохраняется демократическая модель управления. Все внутрипартийные решения принимаются коллегиально – через Федеральный совет, наш руководящий орган. Также мы сохраняем институт сопредседателей партии. Вчера Руслан Хвостов был избран сопредседателем наравне с остальными, кто ранее работал: Александрой Кудзаговой, Руфиной Шагаповой, Андреем Нагибиным и Сергеем Шахматовым. Это ключевой момент по работе объединённой партии. Конечно, не могу не сказать несколько слов о подготовке к выборам в Государственную Думу и выборам других уровней. Мы с конца прошлого года приступили к подготовке, осознавая ответственность перед нашим электоратом и избирателями. Мы понимали, что идём на выборы без сбора подписей, и с начала года начали формировать списки кандидатов. Сейчас мы практически завершаем работу над списком для пропорциональной системы и планируем закрыть все одномандатные округа на выборах депутатов Государственной Думы в этом году. С ноября 2025 года наши федеральные партийные лидеры работают в регионах: выезжают на проблемные точки – в первую очередь, экологические, встречаются с жителями, привлекают экологов, специалистов, лидеров общественного мнения. Когда происходит эта работа, наша партия призывает участвовать в политической жизни.
Почему я говорю именно об этих категориях? Вы затронули этот вопрос: эти люди, находясь на местах, уже имеют неоценимый практический опыт решения проблем, связанных с экологией и охраной окружающей среды. Мы со своей стороны понимаем, что их опыт можно трансформировать в системное направление – для внесения изменений в законодательство и нормативно-правовые акты. Для нас этот опыт бесценен. На данный момент у нас есть кандидаты для 190 из 225 одномандатных округов. В их число входят не только упомянутые категории, но и руководители наших региональных отделений. Они – яркие представители нашего избирательного объединения в регионах. Присоединившиеся коллеги усиливают наш кандидатский актив и умножают шансы на победу.
Не могу не сказать о выборах уровня законодательных собраний регионов: мы будем активно участвовать в избирательных кампаниях в субъектах Российской Федерации. Есть регионы с сильными мотивированными командами, которые проводят большую работу. К сожалению, именно в этих регионах есть серьёзные экологические проблемы, и вопросы стоят остро. Мы ожидаем яркие, мощные и успешные кампании. Могу обозначить несколько: Свердловская область, Красноярский край, Самарская область, Карелия, Вологодская, Иркутская и Омская области. И, конечно, Ленинградская область и город Санкт-Петербург. В Санкт-Петербурге лидером общегородского списка кандидатов по пропорциональной системе на выборах в Законодательное собрание региона будет Марина Шишкина. Она является действующим депутатом Законодательного собрания Санкт-Петербурга и на данный момент – руководителем фракции «Справедливая Россия».
– Если зелёные пройдут в Государственную Думу, какие три законопроекта вы будете продвигать первыми?
– Александра Кудзагова: Мы с коллегами долго обсуждали эту первую тройку. В ближайшее время мы проведём экспертную дискуссию по этому вопросу, но эксклюзивно для тех, кто сегодня собрался здесь, я обозначу основные вехи. Первым и основным станет пакет законопроектов, нацеленных на рост доходов россиян. Он будет комплексным и затронет различные сферы. В том числе, как я уже говорила сегодня, стоимость энергоносителей – этот вопрос войдёт в пакет, поскольку мы прекрасно понимаем, что эта стоимость буквально заложена в каждом товаре на полке магазина.
Большой блок вопросов будет связан с обеспечением жильём всех групп граждан. Без этого невозможно решать демографическую политику в нашей стране. Женщина не решится родить троих детей, если не будет понимать, где им жить и чем их кормить. Таковы наши базовые установки. Поэтому в этом же пакете – наша инициатива, с которой мы уже знакомились: государственный алиментный фонд. Это один из разумных и справедливых инструментов, дающих ощущение безопасности.
Второй законопроект, который мы считаем крайне важным, – это актуализация ГОСТов и жёсткий контроль продуктов питания в магазинах. О чём я говорю? Когда вечером ты приходишь в магазин и пытаешься разглядеть микроскопические буквы на этикетке, чтобы понять, будет ли у ребёнка аллергия, и при этом не уверен, правдива ли информация, написанная этими буквами. Речь именно об этом: чтобы мы были уверены в качестве того, что мы едим. Это вопрос здоровья. Можно много говорить об экологических катастрофах, но зачастую серьёзные последствия для здоровья возникают от маленьких, но регулярных поступлений в организм, например, пестицидов. Поэтому все эти блоки вопросов мы рассматриваем, понимая, что это не сельскохозяйственные вопросы, а в первую очередь вопросы здоровья.
Наконец, третий блок касается экологии и внедрения повсеместного автоматического мониторинга качества всех компонентов окружающей среды: воды, воздуха, почв и так далее. Мы понимаем, что без этой системы невозможно соотнести нарушителей и нарушения, невозможно проконтролировать эффективность модернизации. Сейчас мы видим только, сколько денег вложено, но какой получен эффект – совершенно неясно. Более того, сформировать корректные программы модернизации также невозможно, потому что экология – не магия. Если мы не знаем, что и сколько поступает в среду, непонятно, как технологически решать проблему. Если вы признаете этот ответ удовлетворительным, это первые три наши инициативы.
– Какие акции и инициативы будут проводиться для охвата молодёжи и старшего возраста?
– Александра Кудзагова: Вы совершенно правильно мыслите: начинать нужно с молодых, и это очень важно. Современные молодые люди другие. Они не несут в себе экологически безответственных установок. Они спокойно могут носить одну футболку, одни джинсы, не стремятся скупить все полки магазинов. Они более внимательны и, безусловно, замечательны. Большая проблема нашей страны – отсутствие системного экологического образования. Очень сложно представить, что ребёнок, не имеющий навыка принятия экологически ответственных решений, вдруг станет экологически ответственным директором завода или строительной компании. Человек устроен так, что мы стремимся к лучшему. Я иногда думаю, что мы не меняли бы русла рек ради строительства элитного жилого комплекса, если бы знали о последствиях, если бы понимали, какую функцию выполняют деревья на берегах рек. Я твёрдо верю в людей. Это значит, что нужно образовывать, начиная с детского сада, прививая знания и навыки. Тогда это станет нормой жизни.
Но мы смотрим не только в будущее – необходимо действовать и сейчас. В этом смысле я бесконечно благодарна Роману и, вы, наверное, знаете, что в последнее время с нами активно работает Анна Семенович. Транслировать политические ценности сложно, и артисты рискуют, приближаясь к политике, получить негативные репутационные последствия. Но насколько важно, чтобы люди, имеющие доступ к сердцам и заработавшие этот доступ, продвигали правильные идеи на большие аудитории. Именно их услышат.
У нас активно работают региональные отделения, и основная нагрузка всегда лежит на них. Всегда хочется понять: кто тот человек, которому ты поверишь, за которым пойдёшь на экологическую акцию, которому доверишь представлять свои интересы? Кто сможет тебя услышать и быть достаточно мотивированным, чтобы, не имея большинства в законодательном собрании страны, города, региона или сельсовета, отстаивать твои экологические интересы? Поэтому крайне важно, как работает региональное отделение.
С огромной гордостью могу сказать, что после обновления партии «Зелёные» в 2021 году мы поставили перед собой эту задачу. Это было непросто и рискованно – действительно сменить партийные лица, услышать запрос на смену лидеров и курса, на более живое общение с людьми. Это даёт результаты: с ноября 2025 года, когда мы начали еженедельно переезжать из региона в регион, разговаривать с людьми, собирать их и объединять вокруг нашей тематики, растёт количество сторонников. Для меня важен показатель: за последний год количество обращений граждан к нам выросло в 15 раз. У нас пока нет ресурсов, кроме компетенций и настойчивости, но я чувствую живой отклик людей, которые понимают, что их услышат. Они пишут и звонят. Это важный показатель доверия. Какой ещё капитал нужен политику, кроме доверия избирателей? Спасибо вам большое.
– Какова позиция партии по отношению к мусорной реформе? Если есть проблемные места, что партия думает с этим делать?
– Александра Кудзагова: Наверное, каждый третий наш выезд проходит на мусорных полигонах. Иногда мне кажется, что я других достопримечательностей в российских городах и не знаю. Это очень непростая проблема. Начнём с того, что у нас большая страна. С точки зрения логистики отходов и их переработки это чрезвычайно сложная задача. Разные климатические зоны, и в существующей системе мусоровозу иногда приходится плыть на барже на остров – закон так устроен. В арктических зонах построить полигон требуемым образом вообще невозможно из-за вечной мерзлоты. Выкопать котлован с гидроизолирующими подложками, как того требует грамотное инженерное решение, нельзя. В связи с этим возникает много вопросов. Очень сложно понять, почему я должен разделять отходы, если не знаю, куда это едет и как перерабатывается.
Мусорная реформа должна быть всеобъемлющей – от понимания целей и задач. Мы должны в этом диалоге поговорить с каждым россиянином, потому что каждый производит мусор. Да, это так работает. Мы не путешествуем на пони. Считается, что каждый человек в среднем (включая экологически ответственную категорию пенсионеров и младенцев) продуцирует 400 килограммов мусора ежегодно. Простая арифметика выдаёт неутешительные цифры. И это только твёрдые коммунальные отходы, образующиеся в домохозяйствах. Если же затронуть медицинские или электронные отходы, переработка которых в мире не заработала на 100%, их даже собирать непонятно как – они непрогнозируемо появляются в любом домохозяйстве.
Не в каждом регионе должен быть завод по переработке электроники или батареек – загрузки не будет. Но тогда должно быть разумное взаимодействие между регионами, с учётом логистического плеча, например, 500 километров. Из моей родной Архангельской области вывести шины на переработку практически невозможно. Транспортировка отработанных шин в фуре экономически нецелесообразна – это всё равно что перевозить воздух. Переработчики в регионах сталкиваются с этой проблемой, и передача задачи исключительно бизнесу не всегда даёт результат. Когда задача комплексная, бизнес способен предложить природопользователю более интересные решения. Однако в сфере сбора и переработки отходов такая система работает неидеально.
Рассмотрим пример с шинами. Государство стремится к устранению всех опасных отходов из природы. Переработчику шин в первую очередь необходим металлокорд. Тканевые шины уже менее востребованы. Крашеные покрышки, которыми заполнены каждый детский сад и каждая площадка, не подходят. Рваные, грязные шины, а также шины от велосипедов, мотоциклов, погрузчиков и самолётов также непригодны для переработки. Этот пример иллюстрирует высокий уровень многофакторности любого экологического вопроса. Я искренне понимаю политические партии, которые обсуждают экологические проблемы поверхностно: эти вопросы действительно сложны, их решение требует значительного времени, дорогостоящих ресурсов и высоких компетенций. Существуют более политически привлекательные темы. Никто не хочет жить рядом с полигоном. Отсутствие диалога и веры в контроль, в то, что кто-то будет ежедневно начинать рабочий день с инспекции стройки и эксплуатации объекта, подрывает доверие. Без открытого диалога и высоких компетенций решить мусорную проблему в полной мере не удастся.
Мы затронули лишь небольшой фрагмент. Даже обсуждение пластика может занять часы – это огромная проблема. Мы все пользуемся маркетплейсами и видим, что контейнерные площадки вокруг пунктов выдачи завалены пластиком. Система потребления меняется, меняется и состав отходов. Меняется наша жизнь. Если мы действительно стремимся к чистоте, хотим дышать чистым воздухом и есть натуральные продукты, возможно, стоит дать шанс «зелёной силе», которая обещает компетентность и комплексный подход.
– Вы планируете развивать повсеместный автоматический мониторинг окружающей среды. Чем это поможет экологии?
– Александра Кудзагова: Это крайне практичная мера. Только с датчиком на каждой трубе мы поймём, что из неё выходит. Контролирующие органы и общественность должны это видеть. Важно, чтобы мониторинг был публичным. Приведу пример: в Вологде на встрече со студентами прозвучал вопрос: «Куда исчезло табло радиационного мониторинга рядом со зданием правительства?» Люди хотят знать. Каждый из нас – прекрасная органолептическая лаборатория: если воняет, мы чувствуем; если в городе болит голова, а на природе нет, мы понимаем причину. Обмануть здесь невозможно.
Мониторинг позволяет регулярно и постоянно контролировать ситуацию. Контроль неизбежно ведёт к соблюдению норм. Вспомните: раньше можно было ездить непристёгнутым или в состоянии алкогольного опьянения. Когда штраф стал неизбежен, поведение изменилось. Хочется верить, что общество повзрослело и стало ответственным, но штрафы тоже помогают. Датчик на трубе и на выходе очистных сооружений – это обязанность предприятий, предусмотренная законом, хотя сейчас действует мораторий. Представьте, какой это стимул к модернизации: знание о постоянном контроле и неизбежности штрафа за вред окружающей среде мотивирует предприятия обновляться. Это ведёт к фактическому улучшению качества среды.
Существует ещё одна проблема, которую редко озвучивают: загрязнение поверхностного стока. Реагенты с дорог попадают в почву и водоёмы, повышая уровень солёности. Деревья бесконечно пересаживаются, потому что не могут выжить в такой почве. Вопросы экологии сложны. Например, осенью, когда начинают собирать листву, поток жалоб от жителей резко возрастает. Люди помнят, что листва должна сохраняться как перегной и плодородный слой почвы. Оголение почвы ведёт к её окаменению, и затем мы вдыхаем пыль. Это простейший момент из учебника природоведения, но он напоминает: в каждом экологическом вопросе необходимо помнить о балансе и законах природы – ради собственного здоровья.
– Константин Атаян: Результаты мониторинга могут использоваться при проектно-изыскательских работах, например, для принятия решений о строительстве объектов. В экономике мониторинг находит интересное применение. В первую очередь, результаты полезны для граждан: они позволяют понимать, что происходит на их территории, куда они планируют поехать в гости, с туристическими целями или переехать. Партия «Зелёная» транслирует тезисы, направленные на улучшение качества жизни.
– Руслан Хвостов: Политика открытых данных в информационном мире крайне важна, особенно когда против нашей страны применяются манипуляции. Люди иногда верят анонимным Telegram-каналам, а не открытым данным государства. Это серьёзная проблема.
– Будете ли законодательно ограничивать нормы внесения гололёдных реагентов на квадратный метр почвы?
– Александр Кудзагов: Эта область относится к местному законодательству. Вопросы зелёных насаждений, компенсационных высадок и ухода за ними регулируются на региональном уровне. Единой федеральной парадигмы нет. Одни регионы вводят нормы в законе о благоустройстве, другие имеют специализированный закон, третьи – вообще никакого. Необходим экологический кодекс. Только он позволит выявить пробелы и противоречия в экологическом законодательстве и устранить их. Например, в Москве регламенты существуют. Согласно правилам, после окончания снегопада остатки реагентов должны быть убраны с дорог. Однако водоёмы принимают на себя основную нагрузку. Система мониторинга позволит понять, как с этим работать. Без чёткого диагноза невозможно вылечить реку Москву.
– Каким образом будет формироваться экологический кодекс?
– Александра Кудзагова: Эта дискуссия в профессиональном сообществе длится уже многие годы, однако окончательное решение так и не принято. Мы прекрасно осознаём, что в любой сфере – будь то обращение с отходами, водными ресурсами или горящими лесами – сегодня существует множество новых инструментальных и автоматизированных возможностей, включая космический мониторинг. Однако правоприменение таких методов до сих пор остаётся вне правового поля. Если бы мы собрали и проанализировали все эти данные воедино, получилась бы, знаете, своего рода инструкция. А мы не склонны читать инструкции до того, как что-то собрано. Но в данном случае это крайне необходимо. Без общегосударственной рамки все вопросы переходят на откуп регионам – и такая тенденция действительно существует. Многие экологические проблемы передаются на уровень субъектов. Вы помните, с каким общественным возмущением, например, была передана в регионы проблема безнадзорных животных? И какую позицию выбрали некоторые регионы? К сожалению, эвтаназию. Поэтому наша задача – чётко определить баланс сил: государство должно задать ясный вектор, указав, что категорически «да», а что – «ни при каких условиях нет». Именно так мы видим свою миссию: очертить эту рамку. Далее, с полным учётом региональных особенностей, должна формироваться региональная нормативная база. Учитывая необъятность и разнообразие нашей страны, я лично уверена, что принцип «пусть безобразно, но единообразно» в экологии не работает. Поэтому – общегосударственная рамка и комплексный учёт специфики каждого региона, а также межрегиональное взаимодействие. Да, только так можно добиться результата.
– Как вы намерены бороться с источниками проблем, в частности с лесными пожарами?
– Александра Кудзагова: Это тоже вопрос экологии. Я вообще не считаю, что существуют вопросы не об экологии. Лесные пожары – базовая для нас тема. Полная концепция решения этой проблемы у нас изложена, и я могу буквально её прислать. Но, учитывая ограниченность времени, озвучу два ключевых тезиса. Во-первых, необходимо изменить сам механизм тушения лесных пожаров. Сейчас мы условно делим пожары на опасные – рядом с населёнными пунктами – и те, которые лишь контролируем и не тушим из-за экономической нецелесообразности. Мы предлагаем иной подход: на основе космического мониторинга, оценки метеопрогнозов и состояния леса. Если возгорание происходит вдали от населённого пункта, но при этом там сухостой, а ветер дует в сторону жилья, – не ждём, тушим. И ещё один основополагающий аспект, который вы верно отметили: лесные пожары очень часто – вопрос не экологический, а вопрос прозрачности выдачи лицензий на вырубку. Если реестр будет открытым и станет ясно: вот этот участок лесного фонда разрабатывается на таких-то условиях, с обязательствами по компенсационной высадке и так далее, – тогда общественный контроль сможет работать всерьёз. По лесным пожарам у нас есть полная, детально прописанная концепция. Но, полагаю, наша дискуссия не узкоспециализированная, чтобы углубляться в детали. Иначе вы нас потом не остановите: три эколога в одном помещении – это бесконечный разговор.
– Как будет решаться проблема «нефтяных дождей»?
– Руслан Хвостов: Вы имеете в виду то, что сейчас происходит в Туапсе? Как известно, это последствия спецоперации, которую ведёт наша страна. Я считаю, что это результат вражеских атак на территорию России. И в первую очередь лица, организовавшие подобные атаки, должны понести максимально суровое наказание и ответить перед мировым сообществом, так как эти действия наносят вред экосистеме всей планеты.
– Александра Кудзагова: И в целом, недопустимость экоцида в рамках военных действий – это принципиальная позиция, которая должна быть закреплена в международном сообществе. Безусловно, это и наша принципиальная позиция. Когда мы говорим о «красных линиях» с точки зрения экологии, которые не должны быть пройдены, но их всё равно переступают, – мы понимаем, о чём это говорит.
