Фото: Роман Пышкин, Нововоронежская АЭС
К 2030 году в России предстоит разработать не менее 200 мастер-планов, но при сроке строительства 5–7 лет город меняется быстрее, чем его успевают спроектировать, а 91 % архитектурных компаний сосредоточены в Москве и Санкт-Петербурге. Как перейти от бумажного градостроительного документа к постоянно обновляемому цифровому инструменту и какие управленческие модели и кадры для этого нужны регионам? Как тактический и терапевтический урбанизм, парки и общественные пространства меняют качество жизни – и каким может быть новый российский архитектурный код, когда эстетика и сторителлинг становятся частью бренда территории?
Первый зампредседателя Комитета СФ по экономической политике Иван Абрамов в рамках «Дней креативной экономики» провёл дискуссию «Архитектура и урбанистика будущего: ориентиры пространственного развития». Участие в ней приняли директор ЦПКиО им. Горького Елизавета Фокина, генеральный директор ООО «Строительная группа «Рисан» Сергей Лисовол, директор по развитию городской среды АО «ДОМ.РФ» Антон Финогенов, руководитель бюро социокультурного проектирования «Новь» Полина Еж, архитектор и дизайнер Антон Гликин, директор проектов КБ «Стрелка» (ВЭБ.РФ) Алексей Арушанян, директор ООО «Новая земля» Григорий Соломин, и руководитель архитектурного бюро AXIOMA Елена Логоватовская
– Тема нашей сессии широка: архитектура и урбанистика будущего, ориентиры пространственного развития, – сказал модератор. – Соответственно, нельзя говорить об архитектуре в отрыве от градостроительных решений, инвестиций, в отрыве от качественного бюджета и эксплуатации объектов. Нельзя говорить о мастер-планах в отрыве от кадров, способных их реализовать. И, конечно, о комфортной среде для жизни без доступных общественных пространств и социальных объектов. Именно эти вещи важны для граждан, они определяют качество любых без исключения проектов. К 2030 году в России предстоит разработать не менее двухсот мастер-планов. Но это, скорее, перспектива к 2030 году; наверное, часть мастер-планов мы уже реализуем и посмотрим, как эта тенденция будет развиваться дальше. У нас сегодня с учётом новых технологий и цифровых форматов реальность меняется очень быстро. И мы это видим на примерах многих секторов экономики, в том числе, наверное, обсудим и сегодня. В дальнейшем мы извлечём те основы, которые смогут стать нашими законодательными инициативами.
Негорькие горки
– Я расскажу, чем занимается Парк Горького и каким пространством он становится, – сказала Елизавета Фокина. – Это территория в центре Москвы площадью 212 гектаров, она включает в себя территорию Нескучного сада, Воробьёвых гор, центральной партерной части и Музеона, который был присоединён как последняя такая территория. В 2028 году Парк Горького отмечает столетие. На самом деле он возник в 1923 году как первая ярмарка и выставка, после чего часть павильонов переехала уже на существующую ВДНХ. То есть, собственно, Парк Горького был в какой-то момент прототипом большой сельскохозяйственной выставки. Но первый директор Парка Горького Бетти Глан назвала это место «Фабрикой счастливых людей». Она же сказала о том, что Парк Горького – это первое место в стране, которое начинает говорить о культуре и об отдыхе, соединяя все возможные форматы на том самом месте, которое стало впоследствии тем Парком Горького, каким мы являемся сейчас.
Парк Горького за разные периоды времени проходил несколько этапов реновации. Первый этап был в начале XX века. В период 1990-х многие помнят, что происходило с Парком Горького, когда тотально все аттракционы, которые там находились, убирались. В 2011–2015 годах у Парка Горького был настоящий взлёт и масштабный этап реновации. Сейчас у нас проходит большой, глобальный период благоустройства территории. И я надеюсь, что к началу декабря порадуем всех большим катком, которого многие ждут. Но сейчас мне хочется сказать скорее о тех моментах осмысления и тех важных принципах, через которые Парк Горького осмысляет себя и определяет общую философию как центрального парка страны, как общественного пространства, куда приходит порядка 36 млн человек в год. В общем, это очень большая посещаемость, и мы сейчас активно изучаем наших посетителей: кто именно приходит в парк и зачем они приходят.
Первый принцип, через который мы сейчас определяем эту философию, – парк как эмоциональный магнит. Поскольку и у многих жителей города Москвы, и у тех, кто приезжает в столицу, Парк Горького ассоциируется с местом очень близким, где каждый, наверное, вспоминает какие-то свои очень радостные и романтические жизненные события. Многие вспоминают, каким был Парк Горького раньше, многие приводят сюда своих детей. Поэтому история района, история места, архитектура, где-то даже музейные магниты – ведь Нескучный сад представляет собой староусадебное место, которое тоже для многих исключительно важно, – и различные территориальные акценты являются для нас очень сильной смысловой и эмоциональной линией. Её мы сейчас проводим через всю программу, которую намереваемся реализовывать в ближайшее время в Парке Горького.
Второй принцип – это пользовательские сценарии и маршруты. Мы уже отмечали, что Пушкинская набережная Парка Горького за последнее время очень сильно видоизменилась. Для нас принципиально важно определять, зачем к нам приходит публика и как увеличивается количество проведённого времени на разных наших территориях. Мы постоянно замеряем по геолокации все перемещения и возможности наших посетителей и создаём экосистему разнообразных траекторий движения человека от определённых точек и схем, чтобы понимать, как именно человек проводит время в нашем прекрасном парке.
Бесшовность и маршруты навигации – имеется в виду не только бесшовность с точки зрения развития самих маршрутов и комфорта, но и вся та инклюзивность, которую мы сегодня закладываем в архитектуру будущего. Нам кажется, что Парк Горького должен транслировать новые вкусовые ритмы для наших горожан и гостей. Мы формируем как различные тематические маршруты, так и разнообразные событийные акценты на территории. Программа действует круглый год. Те, кто был в Парке Горького хотя бы этим летом, знают, что у нас проходит большое количество крупных городских фестивалей: фестиваль «Небо», детский фестиваль, фестиваль «Горький плюс». В этом году на Пушкинской набережной у нас развернулся «Театральный бульвар». Для нас это тоже очень важные акценты, когда человек, просто гуляя по территории парка, попадает либо на детские мастер-классы, либо целенаправленно приходит на театральную программу. Ведь на новинки этой программы не всегда удаётся купить билет в московские театры, а здесь можно бесплатно увидеть выступления самых узнаваемых артистов и заодно приятно провести время с детьми и семьёй.
Следующий важный принцип – это культура участия, то есть выстраивание постоянной системы взаимодействия с нашим посетителем. Мы сейчас проектируем лабораторию городского благополучия, куда хотелось бы пригласить и вузы, расположенные вокруг территории Парка Горького, и исследовательские институты. Поскольку к нам приходит огромное количество людей, и большая часть этой аудитории – именно молодёжь, нам очень хочется через взаимодействие с урбанистами, социологами, антропологами и специалистами различных направлений социальной инженерии понять, зачем люди сегодня приходят в общественные пространства, как они хотят проводить время, в чём заключается позитивный эффект от взаимодействия с природой и городской средой, и как мы вместе можем создавать значимые проекты, на которые сегодня обращаем внимание.
И один из фундаментальных принципов в этом ряду – природа как важнейший ресурс. Наши Воробьёвы горы являются одной из самых больших природных территорий в центре Москвы, занимая 86 гектаров. Это особо охраняемая зелёная территория, на которой произрастают краснокнижные растения и обитают краснокнижные животные. Мы считаем её, с одной стороны, территорией спортивной, а с другой стороны – тихой и зелёной зоной, настоящими зелёными лёгкими центра города, на которые мы не можем не обращать пристального внимания.
Сегодня Парк Горького – это главная парковая территория страны. В 2028 году нам предстоит отметить столетие, и мы сейчас активно к нему готовимся. Только что мы открыли центральную арку главного входа – то самое ядро, через которое мы себя сегодня осознаём, поэтому я ещё раз всех приглашаю. Сейчас парк находится на очередном этапе осмысления того, какие новые стандарты мы будем задавать другим паркам страны.
Добавить любви в Пензу
– Нашей компании 25 лет, и мы хотим рассказать, как добавить в город любви, как складываются отношения компании с городом и с регионом, – продолжил Сергей Лисовол. – Компанию я возглавляю 10 лет. Эта компания ни разу не меняла названия и всегда работает в одном сегменте – на рынке строительства. С 2002 по 2016 год компания занимала 5,7% рынка и строила стандартное жильё. Портфель компании составлял пять проектов: 150 000 кв.м, 20 домов – строили тихо, спокойно, не спеша, обычные жилые комплексы.
В 2016 году в компанию пришёл я, мы собрали молодую команду и поняли, что больше строить так не хотим. Мы представляем полумлнный город, но хотим жить лучше, чем в Москве и в Питере, и хотим оставить после себя заметное наследие. Мы поставили себе первостепенные цели: научиться строить качественно, создавать востребованный продукт и безукоризненно выполнять обязательства. В 2006 году была создана управляющая компания; как и все строительные организации, мы были обязаны сделать это в соответствии с действующим законодательством, чтобы заботиться о построенном жилье и о жителях. Как это делалось раньше? По обычному стандарту. Но мы сделали вывод, что не хотим строить жильё для кого-то абстрактного – мы хотим строить как для самих себя.
В компании собрались молодые специалисты, ребята 25–30 лет, и мы поставили вопрос ребром: если мы сами не хотим здесь жить, тогда для кого мы строим? Мы решили кардинально изменить подход, проговорили с жителями, чего хотят они и чего хотим мы, и нацелились на лидерство в масштабах всей России. В период с 2016 по 2020 год мы сразу заняли 15% рынка: 8 проектов, 270 000 кв.м. В действующем жилом комплексе «Фаворит» мы сделали масштабное благоустройство. Там уже было возведено три дома со старым форматом благоустройства, но мы всё переделали. В 2016 году компания пошла на смелый шаг, демонтировала прежнее благоустройство и вложила по тем деньгам 25 млн руб. в первый этап. Мы создали там шикарную зону: из территории в 12 гектаров почти 4 было отдано исключительно под благоустройство. Там появились амфитеатр, спортивные зоны и даже детская «Формула-1». Вячеслав Володин приезжал к нам и лично видел эти стандарты; затем к нам стали приезжать делегации из всех регионов, хотя далеко не все переняли этот опыт, о чём впоследствии жалели.
Мы стали анализировать происходящее и поняли, что нельзя замыкаться только внутри своего периметра – нужно благоустраивать территорию и вокруг себя. Первым парком, который мы построили, стал «Парк времён» в жилом комплексе «Новые сады». Мы возводили этот комплекс и видели, что рядом находится заброшенный парк. Мы подняли всю его историю, детально всё изучили, восстановили парк и подарили его городу. Тем самым мы начали наглядно демонстрировать, что мы социально ориентированная компания. Мы не хотим ограничиваться забором своего участка: наша задача – строить вплоть до бордюра общегородской среды. Если рядом есть заброшенная площадка, мы забираем её и приводим в порядок. Посмотрите, какая разительная перемена произошла между тем, что компания строила раньше, и тем, во что это стало превращаться.
Наша команда стала регулярно ездить по российским регионам и за границу, перенимая передовой опыт. Наш девиз звучит как «Зыринг-тыринг»: увидел – применил. Иногда не нужно ничего изобретать, достаточно взять лучшие мировые практики и адаптировать у себя. Что мы сделали? За четыре года мы вышли на показатель в 21 введённый дом – по 6 домов в год, увеличив темпы строительства в три раза. И это не значит, что качество страдало. Напротив, мы существенно усилили инженерный состав, благо в нашем регионе есть инженерно-строительный институт. Мы собрали молодую, сильную команду профессионалов, по-хорошему голодных до работы, которые стремятся непрерывно креативить и создавать лучший продукт. На наших стройплощадках за каждым домом закреплено от трёх до пяти прорабов. Это и есть строгие стандарты качества: мы установили планку, ниже которой строить не хотим и не будем.
В период с 2021 по 2024 год мы уже занимаем 25% рынка. Мы растём быстрыми темпами, нас начинают догонять конкуренты, которые раньше отставали. Мы повлияли и на их видение: они осознали, что строить устаревшее жильё и возводить безликие коробки больше нельзя, нужно менять архитектуру фасадов, придомовые территории и подходы к благоустройству.
Я приглашаю всех посетить Пензу и увидеть этот быстрорастущий, красивый город. У нас четырнадцать проектов, колоссальный рост: 930 уже освоенных проектов, 510 строящихся площадок, 62 дома. Губернатор обратился к нам с просьбой построить школу. Сказал: «Ребята, постройте школу». Мы взялись за проект и сделали лучшую школу в Бессоновке, за пределами областного центра, попросив отдать нам самый сложный участок. Мы возвели эту школу за 1,5 млрд руб., причём, как всегда в нашей практике, сдали объект с опережением графика и с высочайшим качеством строительных работ.
Раньше никто в нашем регионе не строил жильё премиум-класса: возводили комфорт– и бизнес-сегмент. Мы же замахнулись на премиум-класс с проектом «Хоумс», который вошёл в топ-3 лучших жилых комплексов России 2024 года, уступив только компаниям Sminex и «Донстрой». У них объёмы по два-три млн кв.м, а у нас – камерный премиум-проект на 168 квартир, где предусмотрены лобби площадью 900 кв.м, собственные спортивные залы и ресторан. И мы стали одними из лучших.
Параллельно мы реализовали ещё несколько комплексов и решили построить собственный детский сад, не вписывающийся в привычные типовые рамки. Мы спроектировали принципиально новое здание, где высота потолков в детских группах достигает 7 метров, предусмотрен второй свет, продуманные спальные места и игровые пространства. Этот садик признан одним из лучших в Приволжском федеральном округе. Завершая комплексную застройку на Западной поляне, мы захотели оставить городу на Олимпийской аллее не только жилые дома, но и ещё один парк. Мы построили самый крупный верёвочный парк в Поволжье и создали масштабное общественное пространство «Парк Союз», которое вновь передали в дар городу. Таким образом, в нашей копилке появились садик, школа, парк и жильё премиум-класса. К нам приезжали представители Sminex и по-хорошему завидовали; руководитель группы компаний «Основа» Александр Ручьёв лично осматривал наши объекты и остался под большим впечатлением. За три года мы ввели 25 домов, в полтора раза нарастили темпы и закрыли все вопросы по социальной инфраструктуре.
Мы понимали, что останавливаться на достигнутом нельзя, ведь почивать на лаврах – значит уступать позиции. Нужно непрерывно держать в тонусе и себя, и коллектив. Принцип нашей компании – ни одного повторяющегося объекта. Здесь присутствуют архитекторы, они поймут: даже самые удачные проекты, доказавшие свою высокую экономическую эффективность, мы без сожаления отправляем в шредер и каждую новую приобретённую площадку начинаем проектировать с чистого листа. Благодаря этому компания всегда находится в драйве. Сегодня, в 2024 году, мы удерживаем 30% рынка, переходя от точечных комплексов к формированию комплексной архитектуры городской жизни. Всего нами построено уже почти 2 млн кв.м.
Показательный пример: мы приобрели участок на окраине города возле заброшенного пруда, который находился в запустении 25 лет. Пришли к губернатору и предложили: давайте совместно расчистим пруд, а дальше мы всё сделаем сами. Таков главный девиз нашего взаимодействия с властью: дайте нам всё сделать самостоятельно. Мы вложили 550 млн руб. собственных средств и создали на площади 2,5 гектара первоклассный вейк-парк, где в этом году уже прошёл чемпионат России по вейкборду. Этот комплекс признан одним из лучших не только в нашей стране, но и в Европе. На реализацию ушло два года: два с половиной гектара благоустройства и более полумлрд инвестиций. Подчеркну, что объект построен без привлечения федеральных или городских средств – исключительно силами девелопера. При этом парк мы оставили за собой, взяли территорию на обслуживание сроком на 49 лет. Мы провели чемпионат, наши комплексы ежегодно берут награды: например, ЖК «Scala City» стабильно входит в число лучших жилых комплексов России.
Также у нас есть квартал «Кантри», признанный одной из лучших жилых застроек в комфортной среде в стране. Мы называем его «Пензенской Швейцарией»: плотность застройки составляет всего 7 000 кв.м жилья на один гектар – редкий показатель на сегодняшнем строительном рынке. Кроме того, в самом центре города с 1986 года стояла заброшенная гостиница. Мы выкупили её, снесли недострой и решили возвести «Пенза-Сити» – 29 этажей высотой 95 метров. Мы хотим подарить этот знаковый комплекс городу, закрепив за Пензой статус одного из самых зелёных и красивых городов России.
Статистика последних лет показывает, что мы сдаём жильё в среднем на 173 дня раньше установленного срока. Это принципиальная позиция: люди, оформившие ипотеку, не должны переплачивать и ждать ни одного лишнего дня, у них есть свои жизненные планы. При этом компания принципиально не строит социальное малогабаритное жильё: мы не проектируем квартиры площадью менее 38 кв.м. Мы считаем, что семейная ипотека должна распространяться на просторные двух– и трёхкомнатные квартиры – только так можно стимулировать демографию, ведь растить семью в 14 кв.м невозможно.
Мы сохранили собственную управляющую компанию, но полностью перестроили её работу. Мы ежегодно дотируем её спортивные инициативы: создали беговой клуб «Рисан-ран», развиваем сообщество «Рисан-спорт» и досуговые центры. Мы стремимся к тому, чтобы жизнь людей не замыкалась в четырёх стенах квартир, а объединяла соседей во дворах. Эти праздники проводятся на протяжении десяти лет, стали доброй традицией, и жители сами интересуются в чатах графиком мероприятий.
Управляющая компания в своём традиционном виде устарела, поэтому мы создали полноценную экосистему под зонтичным брендом и оказываем услуги комплексно: открыли направления «Рисан-сервис» и «Рисан-безопасность». В наших дворах нет привычных консьержей и охранников – повсюду внедрены виртуальные консьержи и смонтировано свыше 20 000 камер видеонаблюдения. Данные стекаются в единый центр мониторинга, где операторы дежурят круглосуточно. У нас работает собственная служба безопасности, а время прибытия группы быстрого реагирования в любую точку не превышает пяти минут, благодаря чему наши объекты официально признаются одними из самых безопасных.
Направление «Рисан-инжиниринг» профессионально занимается вентиляцией и кондиционированием. Кроме того, мы сами обслуживаем все наружные инженерные сети, не перекладывая их на плечи муниципалитета: «Рисан» – это настоящий город в городе. А направление «Рисан-ассистент» появилось после ввода домов бизнес– и премиум-класса: понимая, что жителям требуется сервис пятизвёздочного отеля, мы на два года отправляли наших специалистов на обучение в Москву и Дубай. Любовь к родному городу – это тоже важнейшие инвестиции. Если нет любви к своему делу, добиться результата невозможно. Мы безгранично любим Пензу: пусть это не город-млнник, но для нас он остаётся лучшим городом на Земле.
Урбанистика – наука точная
– Архитектура и урбанистика – темы исключительно важные, и эти понятия неразрывны со специалистами данной сферы: архитекторами и урбанистами, – продолжил Антон Финогенов. – Существует образовательная программа, которую мы реализуем по поручению Президента и Председателя Правительства Михаила Мишустина. Благодаря этой поддержке она продлена до 2030 года. Ежегодно сто специалистов со всей страны – как правило, половину составляют государственные служащие, а вторую половину представители частного сектора – проходят строгий конкурсный отбор на нашу программу дополнительного образования. Средний возраст слушателей составляет около 35 лет, хотя есть участники и моложе. Мы принципиально отменили верхний возрастной ценз, поэтому среди обучающихся есть специалисты старше 50 лет, объединённые общей целью развития наших городов. Без наращивания компетенций и формирования профессионального сообщества, где всегда можно получить компетентный ответ от ведущих экспертов страны, двигаться вперёд невозможно. Главное, что мы даём возможность повысить квалификацию не только жителям Москвы и Санкт-Петербурга: у нас действует квота, согласно которой порядка 80% мест закреплено за представителями средних и малых городов и нестоличных субъектов. Мы рады, что программа охватывает практически все регионы России, включая исторические территории.
Существенная часть образовательного процесса связана с развитием насмотренности и глубоким погружением в реальные кейсы: как задумывались проекты, какие барьеры приходилось преодолевать и какой результат был достигнут в итоге. Это детальный разбор как успешных решений, так и аспектов, требующих доработки для адаптации на собственных территориях.
География программы чрезвычайно широка: помимо дистанционного формата и двух очных модулей в Москве, обязательно организуется региональный выездной модуль. Вместе с тем нельзя упускать из виду и международный контекст: российские города напрямую конкурируют за человеческий капитал со всем миром. Раньше мы посещали европейские страны, а после изменения внешнеполитической ситуации переориентировались на Китай. Сегодня это наш ключевой партнёр, в том числе с точки зрения изучения современных градостроительных трендов. Китайская урбанистика во многом опирается на школу советского градостроительства: китайские коллеги переняли колоссальный объём нашего опыта проектирования городов, особенно пятидесятых годов прошлого века, совмещая его с передовыми международными технологиями и собственным многовековым багажом развития поселений. Уникальный сплав этих практик мы демонстрируем слушателям, помогая понять, как применять эти знания на практике.
Помимо подготовки дипломных проектов нашими выпускниками, действует прямое поручение Президента по созданию региональных центров пространственно-экономического планирования. Многие знакомы с центрами компетенций в сфере городской среды, которые с 2019 года открываются в регионах для кураторства программ благоустройства и федерального проекта «Формирование комфортной городской среды», отвечая за набережные, парки и скверы. Но теперь программа охватывает двести мастер-планов, распространяясь от Дальнего Востока и Арктики на всю страну. Следовательно, на местах требуется сформировать квалифицированный кадровый кулак, способный администрировать сложные комплексные программы развития.
Чиновники, особенно на муниципальном уровне, колоссально загружены текущими вопросами эксплуатации. Опыт дальневосточных городов наглядно доказывает, что управлять долгосрочными проектами развития гораздо сложнее, для чего требуются принципиально иные компетенции. И эта работа должна выстраиваться на базе региональных центров. Анализ показывает, что большинству субъектов ещё только предстоит сформировать такие структуры, однако значительную часть уже действующих центров возглавляют именно выпускники нашей программы – их насчитывается более восьмисот человек. Именно на базе подобных центров регионы могут уверенно подходить к разработке мастер-планов. Организационно-правовая форма может варьироваться: они могут функционировать как автономные учреждения, государственные некоммерческие организации или подразделения внутри администрации при кураторстве губернатора. Принципиально важно, чтобы они сохраняли межведомственный статус: ни Министерство экономики, ни Министерство строительства не в состоянии в одиночку грамотно заказать мастер-план, поскольку это комплексный документ, объединяющий и пространственные решения, и экономические модели. Такие центры идеально подходят для формирования индивидуального технического задания и сопровождения всего цикла разработки. В ряде субъектов, например в Амурской области, центры компетенций уже самостоятельно проектируют мастер-планы. Но самое главное заключается в том, что подготовленные специалисты остаются работать на местах и курируют воплощение проектов в жизнь.
Перед страной стоят масштабные вызовы по пространственному развитию и возвращению населения в малые и средние города. Для Сибири и Дальнего Востока вновь становится актуальным формирование крупных промышленных кластеров, в том числе на базе уже существующих населённых пунктов, которые на протяжении последних тридцати лет сталкивались с деградацией и миграционным оттоком. В советские годы подобная система успешно развивалась благодаря качественному градостроительному планированию и сильным управленческим командам на местах: в период с тридцатых по семидесятые годы в СССР было заложено самое большое число новых городов в мире, опережая по темпам даже Китай. Это был слаженный конвейер, опиравшийся на чёткую систему мотивации и передовые строительные технологии.
Сегодня запросы граждан существенно трансформировались: удержать или привлечь квалифицированные кадры исключительно длинным рублём или предоставлением кв.м уже невозможно. Мы разработали подробную дорожную карту – настольную книгу для регионов и муниципалитетов, объясняющую алгоритмы создания качественной городской среды с опорой на позитивный советский опыт и лучшие международные наработки. Это позволит нам перейти к критически важной задаче: созданию развитой сети городов-спутников вокруг ключевых мегаполисов страны. Хаотичная застройка в полях должна уступить место формированию полицентричных узлов с полноценной инфраструктурой, где помимо жилья предусмотрены рабочие места. Яркие примеры – строящийся под Санкт-Петербургом город-спутник Южный с инновационным кампусом ИТМО или Коммунарка в Новой Москве, где возводится мощный образовательный кластер высшего и среднего профессионального образования.
Развитие таких городов-спутников – закономерная эволюция девелопмента. Опыт Пензы подтверждает, что застройщики готовы переходить от строительства спальных районов к многофункциональным проектам с выраженной деловой, рекреационной, научно-производственной и образовательной составляющими. Существуют и отдельные проекты закладки городов с нуля, но их количество останется ограниченным: градостроительная система страны находится в фазе зрелости, поэтому первостепенный приоритет – это комплексная перезагрузка существующих малых и средних городов, нуждающихся в новом импульсе. Программа «Архитекторы.рф» как раз выступает тем инструментом, который транслирует эту идеологию в повседневную управленческую практику регионов и муниципалитетов по всей России.
Институт хороших эмоций
– Я приземлю дискуссию в сторону человека, потому что мы занимаемся искусством и социокультурным проектированием, – сказала Полина Еж. – Наш фокус внимания сосредоточен вокруг человека и его эмоциональных связей с городом. Что именно заставляет человека искренне любить своё место? Что побуждает оставаться жить в малом городе? Как превратить промышленные моногорода в привлекательные пространства для жизни современного человека, который обладает широким кругозором, путешествовал по миру и искренне желает процветания своей стране? Десять лет назад вместе с группой единомышленников мы основали платформу проектов, посвящённых уличному искусству. В неё вошёл Институт исследования стрит-арта, позже возникло бюро «Новь», а в 2023 году мы открыли камерный музей стрит-арт хранения в Санкт-Петербурге. Примерно в то же время, в 2017 году, стартовала наша работа в Альметьевске, продолжающаяся по сей день. Альметьевск превратился в экспериментальную лабораторию по апробации человекоориентированных практик.
Сегодня мы отчётливо видим осязаемые плоды этой работы: город заметно преобразился, жители начали активно открывать малый бизнес, поменялась их жизненная позиция, они демонстрируют принципиально иной уровень вовлечённости по отношению к среде своего обитания. Осмысляя этот опыт, мы охарактеризовали данный подход как «терапевтический урбанизм». В ходе долгой практики мы выделили ряд принципов, способствующих выстраиванию прочных эмоциональных связей и эффективной работе с реальным контекстом. Поскольку идеальных городов не существует, все они несут на себе отпечаток сложной истории XX века, и с этим наследием необходимо грамотно взаимодействовать. Нами реализовано множество инициатив по всей стране, мы активно сотрудничаем с компанией «Татнефть», ведём масштабную деятельность в Республике Татарстан и периодически выходим в другие регионы.
Нашим флагманским проектом стала паблик-арт программа «Сказки о золотых яблоках», созданная на основе локального фольклора. Чтобы транслировать историческое наследие в современные пространственные формы и наладить эмоциональный диалог города с жителями, было проведено масштабное культурологическое исследование. За пять лет в городе появилось свыше сорока уникальных арт-объектов, объединённых удобными велосипедными маршрутами.
Отдельного внимания заслуживает наш опыт создания Индустриального сквера в Альметьевске на территории действующей котельной. Котельная располагалась в самом центре города и существенно портила визуальный облик. Было принято нестандартное решение: перенести коммуникации вглубь технической зоны, а освободившуюся часть территории передать под общественное пространство. Мы предложили назвать сквер Индустриальным, подчеркнув производственную историю места. В 2022 году проект был удостоен престижной международной премии. В качестве основного художественного образа мы использовали списанные газовые трубы вторичного применения: они превратились в малые архитектурные формы, сформировав тотальную инсталляцию, которая одновременно служит профессиональным скейт-парком. Прежнее заброшенное «не-место» преобразилось в популярный центр притяжения молодёжи и семей с детьми.
Один из наших фундаментальных принципов – бережное сохранение индустриального наследия, с которого начиналась история города. В Альметьевске функционировало нефтегазодобывающее управление, и добыча нефти велась непосредственно в городской черте. Одно из производственных зданий семидесятых годов постройки мы бережно реновировали, открыв там общественные мастерские для горожан и арт-резиденцию. Пространство стало востребованной точкой притяжения для творческих людей, желающих созидать и оставаться в родном городе.
В Нижнекамске в процессе художественного оформления фасадов мы не просто нанесли муралы, а предварительно оцифровали весь городской архив. Муралы выступают визуальной маской: посредством технологий дополненной реальности жители во время прогулок могут изучать историю строительства города и наблюдать, как из типовых панельных блоков формировались идеалистические советские планировки.
Неотъемлемым инструментом присвоения жителями происходящих изменений и эстетизации среды выступает создание местных школ гидов. Городские активисты проходят специальную подготовку и начинают водить авторские экскурсии, получая источник дополнительного или даже основного дохода. В городах нашего присутствия экскурсии стали любимым форматом досуга выходного дня: проводятся тематические семейные прогулки на разных языках, дополненные элементами фольклора, традиционными танцами и вышивкой.
В этом году мы запустили проект в Лениногорске, где провели интеграцию в существующий архитектурный ансамбль: в историческое монументальное панно советского периода была деликатно вписана новая, частично зеркальная мозаика. Этот художественный приём позволил привлечь внимание к ценности сохранившегося советского монументального искусства, связав его с современным контекстом.
Другая значимая инициатива – программа «Формы воды». Она создана для архитекторов, но сфокусирована на социокультурных и экологических практиках работы с природными родниками. На юго-востоке Татарстана сосредоточено более тыс. природных источников, при этом единые стандарты благоустройства водных объектов отсутствовали. Мы объединили усилия экологов, гидрогеологов и архитекторов для систематизации этой работы. Наконец, нашим свежим проектом в Альметьевске стала экспериментальная въездная стела, создаваемая методом строительной 3D-печати. Объект выполнен в форме раскрытой книги, отсылая к теме образования и новому альметьевскому университету, а в ландшафтном благоустройстве прилегающей зоны будет использован местный чупаевский известняк, объединяя природную идентичность и будущее города.
Эстетизм без эскапизма
– Тема моего доклада – новый эстетизм. Я хотел бы процитировать Фрэнка Гери, который однажды сказал: «В мире, в котором мы живём, 90 % всего, что строится и проектируется, – это чистый мусор», – продолжил Антон Гликин. – Нам эта позиция хорошо знакома, поскольку мы как раз работаем против подобного подхода: в таких проектах нет чувства дизайна, нет уважения ни к человеку, ни к контексту.
Это замечание Гери сделал в октябре 2014 года на пресс-конференции в Овьедо (Испания), где получал Премию принца Астурийского в области искусств. Журналист попросил архитектора ответить на критику, утверждающую, что его постройки – лишь эффектное зрелище и показуха. Гери резко возразил: «Иногда отдельная группа людей делает что-то особенное. Очень немногие. Но, ради всего святого, оставьте нас в покое! Мы преданы своей работе. Я не напрашиваюсь на заказы, а работаю с клиентами, которые уважают искусство архитектуры. Поэтому, пожалуйста, не задавайте таких глупых вопросов». Позже он, правда, извинился за излишнюю резкость, сославшись на джетлаг, – удобный приём.
Существуют наглядные примеры архитектуры, выполненной в абсолютно разных стилях, которые, тем не менее, образуют поразительно гармоничный визуальный ряд. Именно об этом говорит концепция нового эстетизма. Она ставит во главу угла не конкретный исторический стиль, а рафинированность, качество, внутреннюю силу и изящество проектных решений. Это транс-стилистическая концепция, которая рассматривает качество исполнения как фундаментальную смыслообразующую ценность: то, как сделано произведение, и определяет то, чем оно является в действительности. В основе лежат два ключевых принципа: сильные осевые взаимосвязи и локальная симметрия, зачастую выстроенная внутри общей асимметричной композиции. Иными словами: везде, где возможно применить симметрию, её необходимо задействовать.
Движение за возвращение красоты в архитектуру возникло не вчера: современная традиционная и классическая архитектура получила мощный импульс ещё в конце 1970-х – 1980-х годах. Показателен дизайн монумента, возведённого в Атланте в честь Олимпийских игр 1996 года. Над этим проектом мы работали совместно с принцем Уэльским (ныне королём Карлом III), и памятник стал знаковым подарком городу. Реализовал его мой близкий друг Родни Кук, с которым нас связывают тридцать лет тёплых отношений. Он возглавляет Федеральную комиссию изящных искусств США – ведомство, эквивалентное министерству культуры, – и сегодня активно занимается развитием российско-американских культурных связей. Вместе с ним в 2008 году мы возвели в Атланте ещё один знаковый объект – Арку тыс.елетия. Не так давно Родни приезжал в Санкт-Петербург, мы провели совместную лекцию в католическом монастыре Святого Антония Чудотворца, посвящённую нашим проектам и практическому продвижению нового эстетизма по разным направлениям.
Основатель нового урбанизма Леон Крие также активно развивает традиционную архитектуру. Работая в тесном контакте с принцем Чарльзом, он спроектировал и построил город Паундбери в Великобритании – эталонный пример гармоничной и сомасштабной человеку среды. Я также много сотрудничаю с Католической церковью, продвигая принципы нового эстетизма в церковных сообществах как возвращение к традиционной литургической эстетике. Стоит подчеркнуть, что Родни Кук – убеждённый русофил и давний друг России, чьи взгляды остаются неизменными на протяжении трёх десятилетий. В Атланте он живёт в доме, выстроенном в русском стиле. Совместными усилиями мы последовательно популяризируем русскую культуру как в архитектуре, так и в сопредельных искусствах.
Отдельно хочу упомянуть наш проект в Нижнем Новгороде: это воссоздание исторического католического храма по архивным чертежам. Первоначально здание так и не было достроено в полном объёме, но сейчас правительство Нижегородской области поддержало инициативу сделать его не только местом молитвы, но и важным культурным центром города с собственным органным залом. Мы подготовили объёмно-пространственное проектное предложение по архитектурному развитию всего прилегающего квартала.
Новый эстетизм по своей природе мультидисциплинарен, поэтому мы развиваем его не только в архитектуре, но и в других видах искусства. В частности, мы готовим масштабный проект «Русско-индийская симфония», написанный для традиционных индийских и русских народных инструментов. Эту инициативу мы реализуем совместно с моей близкой подругой, принцессой Джахнави Кумари Мевар из древней династии Раджастана. Оркестр планируется разместить на плавучей платформе, а сама симфония прозвучит на фоне одного из её исторических дворцов. Музыкальный материал создают композиторы братья Нилунд – авторы из Швеции, которые переехали в Россию по визе традиционных ценностей, живут во Всеволожске и ожидают получения российского гражданства. Их произведения звучали в Карнеги-холле. Художественным оформлением проекта занимается художник Дмитрий Поддубный: уроженец Донецка, он три года назад защитил диплом в Академии художеств, а диапазон его работ простирается от академического реализма до выразительной абстракции. Также в нашей интернациональной команде участвует музыкант Ханс Фрай, с которым мы готовим совместный концерт на тему мира – скорее всего, он состоится во Флориде при поддержке Родни Кука.
Поскольку концепция нового эстетизма масштабна и многогранна, я планирую организовать представительную конференцию или экспертный круглый стол. Я регулярно получаю содержательные отклики – в частности, от историка и теоретика искусства, художницы Оде Керро, у которой есть собственный взгляд на эти процессы. Назрела необходимость собрать заинтересованных профессионалов на одной площадке, чтобы детально обсудить параметры и будущее нового эстетизма».
Стрелка показывает на север
– Редко бывает, когда за одним столом собираются настолько разные специалисты: тема одна, но профили совершенно несхожие, поэтому каждого невероятно интересно слушать, – продолжил Алексей Арушанян. – Наше бюро занимается разработкой стратегических документов пространственного развития самого разного масштаба. Мы движемся от федерального и странового уровня (например, туристическая схема Российской Федерации) к мастер-планам городов, агломераций, жилых кварталов и национальных парков, вплоть до детального благоустройства конкретных территорий.
Я хотел бы задать провокационный вопрос: город будущего – он предсказуемый или неопределённый? Все мы – архитекторы, градостроители, аналитики – постоянно пытаемся его упорядочить. В какой-то момент, когда города начали стремительно трансформироваться, мы перешли от традиционного генерального плана к мастер-плану. Одним из ключевых декларируемых принципов мастер-планирования всегда назывались гибкость и адаптивность: предполагалось, что в процессе реализации документ можно будет оперативно дорабатывать и видоизменять. Насколько это происходит на практике – большой вопрос для отдельной дискуссии.
Сейчас мы стоим на пороге принятия федерального законопроекта о мастер-планировании. Это масштабная и долгосрочная работа, которая на этапе воплощения неизбежно столкнётся с фундаментальной проблемой: насколько вообще статичные документы применимы и жизнеспособны в контексте стремительно меняющейся городской ткани?
Действует масштабная программа подготовки кадров. Я сам выпускник программы «Архитекторы.рф» и вижу, какая колоссальная работа ведётся по насыщению регионов сильными специалистами. Однако остаётся открытым вопрос процедур принятия оперативных управленческих решений. Как сегодня устроен стандартный алгоритм проектирования? Есть исходные данные и есть аналитическая модель, которая их визуализирует, отражая условную картину мира. Затем стороны договариваются о правилах игры, накладывают эти правила на модель, упаковывают в проектные решения и пытаются реализовать.
Но города меняются непрерывно, и динамика этих процессов нарастает с каждым днём. Физическая застройка может оставаться прежней, но технологические и социальные сценарии ускоряются многократно. Кроме того, мы далеко не всегда способны договориться об универсальных правилах. Даже когда принимаются профессиональные стандарты и профессиональное сообщество соглашается, что компактный, плотный город предпочтительнее разряжённого, мы сталкиваемся с практикой отдалённых территорий.
Например, разрабатывая мастер-планы для арктических регионов, в частности для Чукотки, мы убедились, что привычные догмы там не работают: сказываются иной культурный контекст, сложнейшая логистика и суровый климат. Любая расчётная модель неизбежно упрощает реальность, и даже при активном движении в сторону цифровых двойников иллюзорно рассчитывать, что одна идеальная модель даст готовые ответы на все вызовы: город – сверхсложная система.
Оцифровать город, всё измерить и выпустить электронный мастер-план – это, по сути, тот же статичный бумажный том, просто упакованный в PDF или интерактивную карту. Настоящая цель цифровизации мастер-планирования иная: непрерывный замкнутый цикл «измерили – смоделировали – внедрили – оценили эффект – скорректировали». На бумаге такой подход нежизнеспособен, но на цифровом уровне появляется реальная возможность обновлять градостроительные параметры ежемесячно или ежегодно.
Последние два года мы активно создаём сервисные аналитические инструменты. Предпроектный сбор данных и экспресс-анализ существующей ситуации сейчас автоматизированы: цифровая база генерируется быстро и поддерживается в актуальном состоянии. Это позволяет разворачивать прикладные сервисы, оптимизирующие решения под динамику внешней среды.
В частности, в партнёрстве с ВЭБ.РФ мы развиваем Индекс качества жизни. Сейчас он охватывает и оценивает 250 городов, в текущем году расширится до 500, а по поручению Президента покроет все опорные населённые пункты страны. Опираясь на этот массив данных, мы создали «Калькулятор эффектов» для проектов государственно-частного партнёрства (ГЧП). Инструмент позволяет девелоперам, инвесторам и градообразующим предприятиям быстро просчитывать влияние планируемых строек на бюджетную эффективность, социальную сферу и качество городской среды. Вместо разового заказа статичного отчёта бизнес и муниципалитеты получают постоянно действующий рабочий сервис.
Ещё один прикладной кейс – система скоринга территорий комплексного развития (КРТ), разработанная для Правительства Забайкальского края в Чите. Помимо классического отчёта по расселению аварийного фонда, мы развернули цифровую модель, оценивающую участки по широкому спектру параметров: от градостроительного потенциала до инвестиционной привлекательности и социальной напряжённости. Модель гибкая: веса критериев можно настраивать в реальном времени, оптимизируя или пессимизируя площадки при изменении бюджетных либо социальных условий.
Кроме того, система умеет формировать составные лоты КРТ: низкорентабельный участок с ветхим деревянным фондом объединяется в один пул с привлекательной площадкой в центре города. Это балансирует финансовую модель девелопера с социальными обязательствами муниципалитета, автоматически генерируя сбалансированные инвестиционные паспорта.
Качественный перелом в урбанистике наступит тогда, когда консультанты начнут передавать городам не многотомные бумажные фолианты, а гибкие цифровые сервисы. Цифровой двойник города – это базовая операционная система, условный смартфон, созданием которого занимаются ДОМ.РФ, ВЭБ.РФ, Сбер, Яндекс и другие ключевые игроки. Задача независимых проектировщиков – насытить эту платформу прикладными приложениями под конкретные городские задачи: скоринг КРТ, экологический мониторинг, моделирование транспортных потоков или агроурбанистику. Как только будут выработаны стандарты безопасного подключения внешних сервисов к городским данным, открытый рынок предложит муниципалитетам сотни недорогих и эффективных цифровых инструментов».
Новая Земля: территория ярких экспериментов
– Сегодня весьма символичный момент: в этой дискуссии участвуют ведущие урбанистические бюро страны, – взял слово Григорий Соломин. – Наша компания «Новая Земля» зарегистрирована в том же месяце 2013 года, что и бюро коллег. Нельзя не вспомнить, что Антон Финогенов, ныне один из руководителей Института развития ДОМ.РФ, стоял у истоков агентства «Урбаника» – одной из первых ласточек отечественной прикладной урбанистики. 11 лет назад трудно было представить, что урбанистика превратится в стратегический инструмент государственного масштаба. Недавно, в августе, профессиональное сообщество на очной встрече представило Президенту пакет градостроительных инициатив, и сегодня они уже зафиксированы в официальном перечне поручений. Урбанистика позволяет быстро адаптировать городскую среду под стремительные социальные и макроэкономические сдвиги.
Город – это пространство самореализации человека и местных сообществ. Сегодня ключевой глобальный вызов – демографический спад, старение населения и обостряющийся дефицит кадров. Мы попытались найти пространственный ответ на эту проблему через преодоление так называемого «штрафа за материнство» – периода, когда после рождения ребёнка женщина на 10–12 лет существенно снижает профессиональную и социальную активность.
В России сформирована сильная система государственной поддержки: развитая сеть детских садов, продолжительные декретные отпуска, бесплатное школьное образование. Однако с переходом ребёнка в начальную школу родители (в 80% случаев именно матери) сталкиваются с колоссальными временными потерями. Спрос на качественное дополнительное образование растёт на 15% ежегодно. В крупных городах семьи тратят от трёх до четырёх часов ежедневно исключительно на логистику: отвезти ребёнка из школы в музыкальную школу, спортивную секцию или кружок робототехники.
Наш ответ – концепция школьных кампусов полного дня. На базе существующей образовательной инфраструктуры создаётся многофункциональный кластер, где ребёнок получает общее и полноценное дополнительное образование, не покидая защищённого школьного контура. Это не требует масштабных федеральных строек: модернизация типового советского фонда, обладавшего значительным запасом пространственной прочности, возможна силами регионов и муниципалитетов.
Школьный кампус решает сразу три задачи: dысвобождает временной ресурс родителей для профессиональной реализации; формирует безопасные, качественные общественные пространства внутри школьного двора, где дети общаются со сверстниками в комфортной среде; создаёт устойчивые социальные связи. Исследования показывают: главный фактор, удерживающий человека от переезда из родного города, – прочный круг дружеских и профессиональных контактов, заложенный ещё в детстве. При поддержке Минвостокразвития России мы ведём предметные переговоры с регионами Дальнего Востока о запуске пилотных проектов таких школьных кампусов.
– Как отец четверых детей замечу: полностью закрыть все локальные запросы внутри одного школьного двора не удастся, – прокомментировал модератор. – Построишь какой угодно кампус, но скажут: «А у вас нет класса игры на свирели», – и ребёнка всё равно повезут на другой конец города. Однако проблема обозначена абсолютно верно. Многие школьные площади сегодня простаивают во второй половине дня. В советское время кружки и спортивные секции были доступны каждому. Сейчас же коммерциализация школьного пространства нередко отсекает детей от спорта: когда в Москве одно занятие баскетболом в школьном зале обходится в 875 руб., для многодетной семьи это становится ощутимым барьером. Группы сокращаются с двадцати человек до пяти-шести. Муниципалитетам необходимо грамотно и справедливо распоряжаться уже имеющейся инфраструктурой. Идея школьного кампуса заслуживает детальной проработки: завершим строительство межвузовского кампуса в Амурской области и обязательно вернёмся к этому формату».
Мост из-под земли достали
– Коллеги говорили о масштабных системных стратегиях, а я представлю камерный кейс площадью всего 250 кв.м, – начала выступление Елена Логоватовская. – Наша дискуссия проходит в рамках Дней креативной экономики, и классический пример монетизации креатива – Музей Гуггенхейма в Бильбао архитектора Фрэнка Гери. Знаменитый «эффект Бильбао» доказал: одно яркое, бескомпромиссное здание способно трансформировать депрессивный промышленный порт в глобальный туристический центр.
Я руковожу архитектурным бюро «Аксиома», основанным полтора года назад, а за плечами – 20 лет проектирования крупных общественных интерьеров: спортивных комплексов (включая Дворец водных видов спорта в Лужниках), аэропортов и станций метро. Наш базовый манифест: концепция обязана опираться на локальную идентичность, транслировать ценности заказчика и создавать прямую добавленную стоимость для бизнеса и места.
В Санкт-Петербурге культовым культурным магнитом давно стали «Подписные издания». Мне всегда хотелось, чтобы в Москве появилось сопоставимое по энергетике книжное пространство. Когда нам предложили разработать концепцию государственного книжного магазина на Кузнецком Мосту, мы решили превратить исторический потенциал этой пешеходной улицы в главный генератор посещаемости.
Кузнецкий Мост – старейшая торговая артерия Москвы, где книги продаются с середины XIX века. В нашем здании располагался книжный магазин известного издателя Маврикия Вольфа. Когда мы вышли на объект, исторический объём был зашит фальшпанелями, захламлён техническими перегородками, а в подвале стояла вода и проживали крысы. Во время демонтажа обнажились подлинные кирпичные арочные своды XIX века. Мы приняли решение раскрыть историческую фактуру, спроектировали световой проём во внутренний двор и полностью переложили аварийные инженерные коммуникации, превратив объект в гибкую многофункциональную площадку для лекций, презентаций и кинопоказов.
Художественное решение интерьера выстроено вокруг скрытых артефактов Москвы. Далеко не все знают, что под Кузнецким Мостом до сих пор покоится подлинный трёхарочный белокаменный мост через реку Неглинку, заключённую в коллектор. Десять лет назад при реконструкции улицы мост вскрыли строители, но затем законсервировали обратно. Мы сделали этот подземный памятник ядром интерьера: трёхарочный белокаменный мост держит новую антресоль, а река Неглинка материализована в виде непрерывной латунной ленты, инкрустированной в пол цвета «кофе с молоком». Эта линия служит пространственным навигатором, уводящим посетителя в глубь магазина.
Латунная лента приводит к центральному арт-объекту – многослойному панно-граффити «Сон пространства и времени об улице Кузнецкий Мост». В нём соединились три эпохи: белокаменный мост XVIII века, живые побеги берёз, пробивающиеся сквозь парапет здания в XXI веке, и киноистория XX века/ Буквально в двух домах от нас Эльдар Рязанов снимал «Служебный роман»: сцена на крыше статистического учреждения с самосевными берёзами стала одним из символов Москвы, но до сих пор не имела материального воплощения в городской среде. Интерьер получился кинематографичным: каждый поворот открывает выверенную перспективу. Все детали индивидуальны – от дверных ручек, складывающихся в форму арки, до блэкаут-штор, воспроизводящих перспективу зала. Для диалога с молодой аудиторией в пространстве открылись кофейный корнер и винный бар.
Результат превзошёл финансовые ожидания заказчика: магазин стал мощным аттрактором, превратив транзитный поток пешеходов в постоянных гостей. Напротив преобразился Московский дом художника, вернувший в свои залы книжные и художественные выставки. Архитектурная концепция переросла рамки интерьера, сформировав узнаваемый городской бренд и успешную линейку сувенирной продукции».
Итак…
– Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, поэтому обязательно приду в ваш обновлённый книжный вместе с семьёй, – подвёл итог модератор сессии Иван Абрамов. – Дискуссия получилась содержательной и разносторонней: мы сопоставили опыт регионов, парковых пространств, цифровых девелоперов и архитекторов. Парламентарии детально проанализируют прозвучавшие идеи. Ждём от профессионального сообщества оформленных законодательных инициатив, которые мы обсудим на площадках профильных комитетов, чтобы сделать жизнь граждан комфортнее и счастливее.
Об авторе
