Круглый стол, посвященный поиску решений в условиях замедления интернета и ограничения доступа к недружественным для наше страны сервисам, а также подготовке рекомендаций от лидеров IТ-отрасли по защите экономики и обеспечению информационной безопасности, объединил ряд экспертов, которые обсудили сложившуюся в индустрии ситуации: точечное ограничение доступа к нежелательным ресурсам без ущерба российской экономике, создание реестра «белых» VPN для бизнеса и государства, а также цифровой комфорт граждан как приоритет трансформации при одновременном укреплении защищенности контура. Участие в мероприятии приняли депутат Дмитрий Гусев, председатель Союза «Цифровой мир» Валерий Корнеев, руководитель «РУССОФТ» Сергей Вотяков, председатель совета директоров компании «Базальт СПО» Алексей Смирнов, заместитель директора московского центра «СКБ Контур» Константин Гранков и ведущий аналитик Mobile Research Group Эльдар Муртазин.
Диалог авторитетов
– Мы пригласили к диалогу ключевых представителей IT-отрасли, ведущих экспертов в сфере цифровизации и цифровой жизни, – говорит депутат Государственной Думы Дмитрий Гусев. – Безусловно, вопросы кибербезопасности, проблемы замедления работы интернет-сервисов и развития цифровой экономики находятся в центре внимания и активно обсуждаются в Государственной Думе. Яркий пример – законопроект об ИИ, который сегодня в числе значимых и обсуждаемых законодательных инициатив. 27 мая состоятся парламентские слушания по данному закону. Им предшествовала почти годовая работа межфракционной рабочей группы под руководством вице-спикера Бабакова, в которую вошли депутаты всех фракций. Параллельно велась работа в Правительстве – соответствующий правительственный законопроект уже представлен публично. Кроме того, все фракции Государственной Думы подготовили и направили в Правительство свои рекомендации и предложения по совершенствованию данного законодательства. Предстоящие парламентские слушания станут итогом этой годовой работы и позволят сформировать комплексный, важный и необходимый для страны закон об искусственном интеллекте. Его значение выходит за рамки экономического развития – он напрямую затрагивает вопросы личной и национальной безопасности каждого гражданина. Вопросы безопасности, риски отключения интернета и замедления работы интернет-сервисов остаются крайне актуальными как в нашей стране, так и в мире, продолжая волновать общество.
Сегодня в рамках дискуссии с будут выработаны предложения для Правительства. Их цель – обеспечить соблюдение мер кибербезопасности без ущерба для комфорта граждан в цифровой среде. Речь идёт о том, чтобы привычные для людей сервисы и условия цифровой жизни оставались неизменными, а бизнес, функционирующий исключительно в интернет-пространстве и составляющий его основу, мог стабильно развиваться, а не деградировать. Этих мер не так много. Я перечислю некоторые из тех, что мы уже детально обсудили сегодня. Уверен, что присутствующие здесь авторитетные и высокопрофессиональные IT-специалисты смогут подробно разъяснить их необходимость и механизмы реализации.
Во-первых, у бизнес-сообщества есть конкретное предложение по обеспечению точечного замедления интернет-трафика. Речь идёт о технических решениях, позволяющих блокировать только определённые ресурсы, сохраняя работоспособность необходимых сервисов. Во-вторых, Правительство уже предпринимает шаги для защиты комфорта граждан, в частности, путём введения белых списков сервисов. На прошлой неделе в Краснодаре я лично столкнулся с ситуацией, когда после трагических событий в Новороссийске, унёсших жизни восьми человек, мобильная связь и интернет были недоступны. Тем не менее, я смог заказать такси через работающее приложение «Яндекс.Такси», доехать до аэропорта и оплатить поездку банковской картой. Таким образом, ключевые сервисы функционировали. Безусловно, определённые неудобства были – связь осуществлялась только по SMS. Однако при выборе между безопасностью и удобством приоритет всегда остаётся за безопасностью. Существуют конкретные предложения по расширению этих белых списков.
Кроме того, Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций выдвинуло инициативу: сделать процедуру включения компаний в белые списки более открытой, с участием представителей отрасли, отраслевых ассоциаций и депутатов Государственной Думы. То есть сформировать более широкий круг лиц для принятия таких решений. Аналогичный подход предлагается и для VPN-сервисов, критически важных для работы крупного бизнеса. Существует белый список корпоративных VPN, и есть конкретные предложения по его пополнению именно теми сервисами, которые обеспечивают развитие бизнеса.
Ещё один важный вопрос, который сегодня поднимут коллеги, – это создание условий для российских IT-компаний, позволяющих им, с учётом всех необходимых мер безопасности, взаимодействовать с мировым рынком, в том числе в сфере программирования. Это исключительно важно, поскольку Россия является одной из самых цифрово развитых стран и по уровню цифровизации опережает большинство государств мира. Мы привыкли и намерены сохранять достигнутый высокий уровень цифровой жизни. Это свидетельство высочайшего развития, и наша задача – не только сохранить, но и развивать цифровую среду далее. Вопрос в том, как обеспечить это развитие без отката назад. Именно об этом пойдёт речь сегодня. По итогам встречи подготовим и направим в Правительство, Минцифры и Совет Безопасности письмо с конкретными предложениями для их последующего учёта. Я уверен, что многие из озвученных сегодня инициатив будут приняты, поскольку данный диалог с властью носит конструктивный, содержательный и рабочий характер.
Операция «Электронная стена»
– Хочу обратить внимание прежде всего на то, что все страны мира глубоко озабочены обеспечением своего цифрового суверенитета, – говорит председатель Союза «Цифровой мир» Валерий Корнеев. – Если рассмотреть мозаику ограничений, которую накладывают на свои информационные и интернет-сервисы государства Европы, мы увидим, что Франция ограничивает доступ в сеть лицам моложе 15 лет, аналогичные меры обсуждают Греция и Австралия, а многие другие страны уже ввели или рассматривают подобные нормы. Очевидно, что эти шаги совершаются под флагом защиты прав детей, однако их истинная цель – установление идентификации пользователей Интернета. Причины этого понятны: мировые информационные гиганты обладают возможностью манипулировать сознанием людей в каждой стране и действуют в интересах тех сил, которые стоят за ними.
В первую очередь речь здесь об Агентстве национальной безопасности США и других структурах. Их деятельность уже была явно продемонстрирована в Венгрии и многих других государствах. Все эти ограничения характерны для всего мира, особенно для Европы, которая активно стремится регулировать иностранные, прежде всего американские, интернет-сервисы. Например, постоянно возникают новые идеи о том, как по требованию европейских правительств и Брюсселя ограничить или запретить множество различных групп, физических и юридических лиц, представленных в Интернете. Существует специальный закон – так называемый закон о цифровых услугах, – который Брюссель и отдельные страны Европы применяют в полной мере. Поэтому мы также обязаны действовать аналогичным образом, ограничивая возможность проникновения на территорию нашей страны иностранных разведок и организаций, которые через информационные сервисы могут влиять на умонастроения наших граждан в ущерб государственным интересам.
Особо стоит отметить текущую ситуацию. Мы наблюдаем динамическое взаимодействие между нашей возможностью управлять собственной информационной средой и способностью иностранных сервисов, компаний и разведок воздействовать на эту среду. Очевидно, что установление определенных ограничений в целях безопасности граждан, прежде всего физической безопасности, – это непрерывный процесс. Он не может быть осуществлён одномоментно и будет постоянно адаптироваться, поскольку это вечная битва между средствами защиты и угрозой. Этот процесс потребует времени, и всегда будут существовать организации и разведки, действующие против наших государственных и общественных интересов. Те сервисы, которые уже функционируют в нашей стране, необходимо организовать таким образом, чтобы минимизировать потери для граждан и бизнеса – как в удобстве использования, так и в финансовом отношении. На эти существующие сервисы – банковские, транспортные, социальные сети и все остальные – следует обратить особое внимание, обеспечив их максимально эффективную работу. Сейчас я выступаю с предложением ввести мораторий на создание новых масштабных сервисов.
Долгое время обсуждалась возможность внедрения онлайн-сервисов для продажи, например, энергетических напитков, алкоголя и табака, что потребовало бы масштабного внедрения системы идентификации личности через Интернет. Считаю, что сейчас совершенно не время для реализации подобных проектов. Давайте сначала разберёмся с тем, что уже существует, не добавляя новых и новых сервисов, усложняя обстановку и ограничивая возможности для совершенствования текущей инфраструктуры. Такие организационные меры представляются вполне разумными. Я предлагаю сосредоточиться на текущем состоянии и обеспечить его качественное функционирование. Технические детали и предложения следует обсуждать с экспертами, которые обладают гораздо более глубокими знаниями в области устройства наших сервисов.
Диалог с паузами
– Наша ассоциация присутствует на рынке уже 26 лет. За это время мы последовательно выстраивали диалог с государством. Однако диалог с правительством и законодательной властью, к сожалению, нередко прерывался, – отмечает руководитель «Руссофт» Сергей Вотяков. – Текущая ситуация такова: диалог возобновлён, но его качество и эффективность пока не соответствуют нашим ожиданиям. Объясню, в чём причина. В условиях внешней нестабильности, когда у IT-сообщества отсутствуют гарантии бесперебойной работы интернета даже на горизонте ближайших месяцев, крайне сложно планировать инвестиции – как в разработку новых продуктов, так и в поддержку существующих решений. Это создаёт прямую угрозу сокращения инвестиционной активности в IT-секторе. Данный процесс уже начался: подобные соображения присутствуют сегодня в стратегическом планировании каждого владельца бизнеса. Сокращение вложений в российские цифровые продукты является для нас нежелательным сценарием.
Одна из ключевых целей сегодняшней встречи – донести до отрасли мысль, что ситуация не носит катастрофического характера. Безусловно, мы принимаем и понимаем все необходимые меры безопасности. Однако бизнес оперирует иной логикой – логикой инвестиций, которые должны приносить доход. В данный момент этой уверенности в завтрашнем дне нет. Нам необходимы чёткие ориентиры: понимание сроков стабилизации регуляторной среды и оперативные комментарии от представителей власти. Без этого уже через несколько месяцев отрасль может столкнуться с тяжёлыми структурными последствиями. Проведу аналогию: женщина не решится родить ребёнка, если не видит для него ясных перспектив. Так и в бизнесе, включая IT: при отсутствии понятного вектора развития не появятся новые технологии, а существующие продукты потеряют рентабельность. Поэтому для нас критически важно не только начать, но и нормализовать постоянный содержательный диалог с государством.
Что касается конкретных предложений, они касаются механизма «белых списков». На текущем этапе в них включаются исключительно сервисы первой необходимости: банковские операции, такси и т.п. Во-первых, необходимо публично и детально раскрыть правила и критерии попадания компаний в эти перечни, поскольку сегодня эта информация недостаточно доступна. Ко мне ежедневно обращаются представители бизнеса с вопросом о процедуре включения, и чёткого ответа у них нет. Во-вторых, мы готовы предоставить экспертное предложение по расширению «белых списков» за счёт цифровых продуктов, которые, по нашей оценке, также являются социально и экономически значимыми.
Существует и обоснованное опасение отрасли, что «белые списки» могут превратиться в полную замену открытому интернету, что приведёт к исчезновению всех невключённых сервисов. Я же убеждён, что данный инструмент может быть использован с противоположной целью – для стимулирования технологического развития. Речь идёт о переносе в доверенную среду «белых списков» так называемых on-premises решений, которые сегодня работают в изолированных контурах. Это откроет возможность для создания защищённых облачных платформ – «доверенных облаков».
Если говорить просто, возьмём, к примеру, «Яндекс.Алису». Сейчас с ней можно взаимодействовать публично, а можно – в корпоративном закрытом контуре. «Белые списки» могли бы стать перечнем именно таких доверенных сервисов, доступ к которым регулируется, а их использование рекомендовано для критической информационной инфраструктуры и государственного управления. Таким образом, инструмент должен не ограничивать, а задавать стандарты доверия и безопасности, способствуя технологическому прогрессу.
Цель вижу, средства применяю
– Бывает цель, а бывают средства для её достижения. Например, если цель – избавиться от нарушений правил дорожного движения, то средство в виде отказа от автомобилей вряд ли можно считать удачным. Конечно, нарушений не будет, но и пользы от этого мало, – иронично замечает председатель совета директоров компании «Базальт СПО» Алексей Смирнов. Аналогичная путаница возникает с VPN. Важно различать VPN как фундаментальную интернет-технологию и VPN как конкретный сервис. Безусловно, существуют сервисы, в том числе предоставляющие анонимизацию, и информационные ресурсы, которые по закону подлежат блокировке. Однако тотальная блокировка VPN как технологии, как интернет-протокола, приведёт к абсолютно деструктивным последствиям. Суть в том, что в таком случае мы блокируем не запрещённые источники, а средства доставки информации. VPN (Virtual Private Network) – это способ создания виртуальных частных сетей, связывания распределённых сетей через публичную инфраструктуру. Да, его можно использовать и для обхода ограничений. Но проблема в следующем: сегодня он работает поверх протоколов вроде TLS, однако может быть реализован и поверх HTTPS. А HTTPS – это протокол, с помощью которого мы взаимодействуем с подавляющим большинством сайтов. Блокировка на таком уровне означает полную остановку всего интернета. Поэтому не следует блокировать инструменты и технологии – это деструктивно и технически невозможно. Необходимо сосредоточить усилия именно на тех ресурсах, которые по закону подлежат блокировке.
В интересах общества
– Наша компания предлагает широкий спектр услуг и сервисов. Мы, естественно, крайне заинтересованы в том, чтобы наши клиенты – представители бизнеса – получали услуги высшего качества и чтобы наши сервисы функционировали бесперебойно, – отмечает заместитель директора московского центра «СКБ Контур» Константин Гранков. – Мы осознаём, что к вопросу регулирования блокировок необходимо подходить с максимальной взвешенностью. Первостепенная задача – это установление серьёзного, конструктивного двустороннего диалога между государством и бизнес-сообществом. И здесь следует отметить, что ассоциация «Руссофт» успешно выполняет эту роль. Диалог необходим, равно как и учёт всех рисков и балансировка интересов всех сторон. Интересы, конечно, могут различаться. Однако такие инструменты, как механизм «белых списков», о котором уже упоминалось, в целом доказали свою эффективность и работоспособность. Сервисы функционируют, и я поддерживаю, если можно так выразиться, осторожный призыв к сохранению спокойствия. Данные механизмы существуют и доказали свою практическую жизнеспособность. Разумеется, если в будущем будут рассматриваться более строгие ограничения – например, в области регулирования доверенных VPN-сервисов – к этому вопросу необходимо подходить с особой осторожностью. Многие компании, от крупных до средних и малых, активно используют VPN для своей операционной деятельности. Следует тщательно оценивать потенциальные риски. VPN является критически важным, жизненно необходимым фактором для функционирования современной компании. В этой ситуации необходимо тщательно взвешивать все аргументы «за» и «против». В целом, мы выступаем за продолжение диалога, за стабильную работу сервисов, чтобы организации получали надёжные и корректные услуги и могли развивать свой бизнес. Для достижения этой цели необходима взвешенная, совместно согласованная позиция между бизнесом и государством.
Белый лучше чем пустота
– Необходим диалог, – согласен ведущий аналитик Mobile Research Group Эльдар Муртазин. – Это на сегодняшний день главная задача, поскольку следует помнить предпосылки ситуации, в которой мы оказались. С 2022 года ежедневно нарастает количество атак на российские сервисы, системы, банковский сектор. Когда мы общаемся с компаниями, обеспечивающими защиту этого периметра, каждый год звучит: в текущем году будет установлен очередной рекорд по масштабам DDoS-атак. И это действительно мировые рекорды; на противодействие им тратятся огромные деньги. Мы обязаны защищать цифровизацию, которую создали в стране. Мы значительно продвинулись по этому пути, и сегодня эта защита зачастую деформирует те легальные сервисы, которые существуют внутри страны. Много сказано о белых списках. Они были предложены как ответ на необходимость отключения мобильного интернета в районах, где существует опасность атак дронов. Отключение интернета происходит, но белые списки сегодня отсекают от нормального трафика примерно 30–35%. Они гарантируют доступ к базовым, ключевым сервисам. Это лучшее из худшего, что мы можем себе сегодня позволить. Белые списки – вынужденная мера, и это не навсегда, это необходимо четко понимать. Инсинуации на тему распространения белых списков на проводной интернет не имеют оснований, и министр говорил, что вводить белые списки на проводном интернете не имеет смысла – это не ради ограничений. Существует вполне конкретная задача.
Если говорить о том, что телеком и индустрия могут сделать для облегчения текущих трудностей, то, во-первых, уже поступают предложения крупных операторов, которые утверждают: «Мы знаем нашего клиента, мы можем для конкретных клиентов отменить те или иные ограничения». Почему? Потому что клиент известен. Существует ограничение в 20 SIM-карт на гражданина России. У некоторых людей основная SIM-карта, привязанная к «Госуслугам», может не иметь ограничений, поскольку с вероятностью 99,9% она не появится в дронах. Эта карта используется более-менее постоянно здесь, есть процедура «охлаждения» при возвращении из зарубежных поездок. Этот процесс можно активировать очень быстро, буквально за пять минут, и получить доступ ко всем сервисам в России.
Я достаточно часто езжу и вижу, насколько этот сервис сегодня корректно работает практически у всех операторов. Если говорить о обществе, то часто слышу мнения: «Хочу вернуться обратно». Люди говорят: «Хочу вернуться назад, отмотать на 3–5 лет назад». Надо принять как данность, что обратно мы уже не вернемся никогда. Процессы, происходящие у нас, вызваны различными причинами, но большая часть стран мира пойдет тем же путем. Это ограничения, это защита своих информационных ресурсов и прочее. Вопрос заключается в том, что нужно делать сегодня, как настроить диалог между регулятором, бизнесом и обществом, чтобы любые ограничения были менее болезненными, давали возможность продолжать строить цифровизацию и развивать экономику. Потому что с белыми списками…
Простой пример – постоянный вопрос о абсолютной непрозрачности процедуры попадания компаний в белые списки. Невозможность условно прийти в Минцифры и подать свой ресурс, сайт. Особенно это касается малого и среднего бизнеса, который не понимает, как туда попасть. Они говорят очень простую вещь: мы теряем покупателей, поскольку, например, покупатели уходят на маркетплейсы, которые работают во время отключений, но мы не можем привлечь этих потенциальных покупателей на свой сайт. Для многих регионов это крайне важно. Поэтому, как мне кажется, сегодня нам нужно осознать и повторю: как раньше не будет.
Но чем быстрее мы это поймем и начнем строить новую цифровую экономику с учетом существующих ограничений, тем быстрее сможем адаптироваться к этим условиям. Последний комментарий: в пылу борьбы мы часто не соотносим существующую угрозу с применяемым лекарством. Приведу пример. В 2022 году огромное количество западных компаний, прежде всего американских, стали блокировать для россиян загрузку драйверов и обновлений. Microsoft периодически включает и выключает ограничения. Без использования VPN обычный человек не может получить доступ к обновлениям на серверах Microsoft. Мы знаем, где находятся эти серверы, знаем их адреса. Со своей стороны, например, телеком-операторы – проводные и беспроводные – могли бы просто открыть доступ. Не нужно использовать VPN в данном случае. Мы можем открыть путь к этим серверам, когда видим, что человек обращается за обновлением Windows, например. А это доминирующая операционная система на потребительском рынке сегодня, которую люди используют ежедневно, чтобы им не приходилось мучиться, «танцевать с бубном» для получения обновлений. То же самое можно сказать о прошивках для телефонов, работе с вендорами, желающими разместить серверы в России и прочем. Последнее – доверенная среда, о которой сегодня говорили. Если возвращаться к белым спискам, всегда надо искать возможности.
У нас огромное количество компаний малого и среднего бизнеса используют отечественные дата-хостинги. Эти дата-хостинги сертифицированы, имеют определенный уровень безопасности. Единственное, что необходимо сделать, как мне кажется, – позволить внедрить сертификацию и регламент, подтверждающий, что конкретный дата-хостинг обеспечивает требуемый уровень безопасности, чтобы автоматически все ресурсы, размещенные в нем, получали возможность попадать в белые списки в той или иной форме. Потому что белые списки также имеют градацию в зависимости от опасности. Угрозы, которые мы получаем, не всегда работают полноценно, то есть существуют определенные уровни. Прилагая такие усилия в этом диалоге, я думаю, мы получим хороший результат на практике, поскольку необходимо возвращаться к нормальной работе интернета. Без этого мы никуда не уйдем.
По поводу белых списков два предложения. Первое – сделать процедуру попадания более прозрачной, в том числе за счет включения в принятие решений депутатов, представителей отрасли и экспертов. Безусловно. Второе – белые списки требуют дополнения, и в них должны быть включены организации и предприятия, важные для людей, которые самостоятельно торгуют, продают свои товары или услуги в интернете. Потому что иначе это приведет к их закрытию; для конкуренции это плохо. Конкуренция необходима. Такое количество участников в белых списках не приведет к ущербу для безопасности, если мы сертифицируем дата-центры».
Вопросы и ответы
– Сколько времени мы будем трансформироваться в направлении создания безопасного интернета, сколько денег потребуется на такой проект?
– Эльдар Муртазин: Определить сроки невозможно до изменения внешних обстоятельств. Это может занять несколько лет. Однако я склонен рассматривать данную ситуацию как часть эволюции Рунета – процесса необходимого и непрерывного. Каждая компания в этой среде реализует свои инвестиционные программы. Ключевым фактором, как уже было отмечено, является уверенность рынка – ИТ– и телекоммуникационного – в нашем эволюционном развитии. Уверенность в сохранении кадрового потенциала и в продолжающихся инвестициях в продукты, имеющие обозримые сроки окупаемости. Это ответ на первую часть вопроса. Что касается финансирования, то государственная структура, отвечающая за технические средства контроля, – Роскомнадзор – не получает средств напрямую из федерального бюджета. Её бюджет формируется за счёт отчислений в размере 3% от оборота рынка интернет-рекламы. Этот рынок обладает значительным объёмом, средств более чем достаточно. Таким образом, дополнительные вложения не требуются в принципе. Актуальный вопрос заключается в реконфигурации подхода: в переходе от массовых блокировок к точечным. Да, это потребует более совершенного оборудования и высококвалифицированных инженеров. Но я убеждён, что вся индустрия готова поддержать этот переход и участвовать в нём, поскольку мы все заинтересованы в бесперебойной работе легальных сервисов. Эффект от действующих блокировок оценивается по-разному, данные сильно разнятся. Любые оценки невозможно изолировать от общей экономической конъюнктуры, что затрудняет выводы о прямой причинно-следственной связи. Однако ежемесячные потери для экономики исчисляются десятками миллиардов рублей. Масштаб этих потерь зависит от позиции оценивающего. Некоторые эмоциональные оценки оперируют триллионами, но это не соответствует действительности. Тем не менее, данная нагрузка является существенной и должна приниматься во внимание. Напомню, что первоначальным обоснованием для введения 3%-ного отчисления было финансирование поддержки российских онлайн-медиа и социальных сетей для усиления их конкурентоспособности на глобальном рынке.
– Что сделать, чтобы наши сервисы действительно становились лучше?
– Дмитрий Гусев: Знаете, чем отличается оптимист от пессимиста и реалиста? Оптимист видит стакан наполовину полным, пессимист – наполовину пустым, а реалист берёт и наполняет этот стакан водой. Мы здесь – реалисты. Мы не только признаём ситуацию, но и действуем: берём стакан и наполняем его. Мы говорим: «Да, положение, в котором мы оказались, является неизбежным, мы не можем его изменить». Однако в этом заключается и решение. Приведу другой пример. В 2014 году, когда после длительного периода впервые были применены санкции против России, многие выражали беспокойство: «Как мы без пармезана? Как без тех продуктов?» Но прошло время – и мы не только достигли полного продовольственного суверенитета, но и стали крупнейшим в мире производителем сельскохозяйственной продукции, экспортируя её по всему миру. Мы восприняли те ограничения как возможность – и развили собственное сельское хозяйство и пищевую промышленность. Я уверен, что мы способны повторить этот успех и сейчас.
Уже сегодня наши специалисты создают и продают программные продукты на международном рынке. Вы можете обратиться к руководителям ведущих компаний и крупнейших ассоциаций в этой области – они подтвердят, где реализуются их решения. И я согласен с Сергеем Евгеньевичем: необходимо ставить именно такие задачи – создавать продукты, которые будут покупать по всему миру. Но важно признать очевидный факт: текущую ситуацию мы изменим лишь одним способом – победой в специальной операции на Украине. Это и есть реальность.
Отдельно хочу отметить ещё один ключевой момент. Вы полагаете, что в мире существует обычная конкуренция между продуктами, компаниями или сервисами? Когда в прошлом году была проведена инаугурация Трампа, его ближайшие соратники в феврале собрали конференцию, где определили цели и задачи на ближайшие годы. Была озвучена почти открытая цитата: «Америка должна перестроиться так, чтобы в будущем мире управлять миром посредством социальных сетей, искусственного интеллекта и цифровых денег – криптовалют». Три инструмента. Тот, кто владеет ими и сумеет глобально навязать, одержит победу. Это – их поставленная задача. Мы должны ставить перед собой аналогичные цели. Только тогда мы сможем обеспечить свою безопасность – если наши продукты, включая цифровые, будут продаваться и приниматься во всём мире. Вот о чем следует думать, а не о том, что «что-то плохо». Да, сложности есть, но мы здесь именно для того, чтобы их преодолевать.
– Есть ли какие-то предложения и идеи о том, как создавать новые продукты в условиях, когда блокировки тормозят развитие цифровизации в стране?
– Дмитрий Гусев: Вопрос о VPN-протоколах, который мы обсуждаем сегодня, коренится в конкретном запросе бизнеса. Без этих технологий компании теряют возможность взаимодействия с целым спектром международных продуктов и платформ программирования. Как точнее это обозначить? Возможно, у коллег найдётся более строгая формулировка. Важно, что решение данной задачи станет одним из катализаторов для генерации новых российских IT-продуктов. Это предложение призвано сформировать основу для создания современных цифровых решений. Детали, безусловно, будут раскрыты специалистами более предметно.
– Эльдар Муртазин: Позвольте добавить собственную точку зрения. У нас существует тенденция акцентировать лишь проблемы, однако справедлива поговорка: «Человек растёт под давлением». Современный российский рынок информационных технологий демонстрирует аналогичное развитие. Если говорить о коммерческих продуктах в сфере IT-безопасности, которые создаются сегодня для корпоративного и государственного сектора, то необходимо признать: это решения мирового класса, зачастую не имеющие прямых аналогов. Это объективная реальность. Возьмём, к примеру, мобильную операционную систему «Аврора», развитие которой было инициировано достаточно давно. На текущий момент в мире существует весьма ограниченный круг стран, обладающих собственной операционной системой сопоставимого уровня – фактически, их три. Развитие сопряжено с трудностями, но оно последовательно продолжается. И это не реплика Android или иной существующей системы, а именно оригинальная разработка, создаваемая внутри страны.
Аналогичная ситуация наблюдается в сегменте компьютерных систем, серверных решений и других направлений. Таким образом, картина не является однозначной. Когда речь заходит о стартапах, я прежде всего представляю проекты для массового потребителя. Действительно, текущие условия для таких стартапов в России нельзя назвать оптимальными. Моё личное убеждение таково: ответ любого государства на внешние угрозы заключается в реконфигурации и создании внутренних защитных механизмов – по аналогии с иммунной системой. На сегодняшний день приоритетом является укрепление «контура безопасности»: нам критически важны специалисты по защите информации и соответствующие технологии. После формирования этого фундамента станет возможна полномасштабная разработка конкурентных сервисов для глобального рынка. Наш потенциал для этого уже неоднократно подтверждался. Достаточно обратиться к конкретным примерам. Взять систему управления базами данных, созданную выходцами из «Яндекса», – этот продукт востребован по всему миру. Это разработка, рождённая в России. И подобных продуктов – множество.
