– Мы не первый год проводим сессию, выбрав именно региональную повестку, поскольку взгляд чиновников-федералов и тех, кто трудится на местах, на земле, – существенно различаются, – отметила модератор дискуссии, руководитель Российской ассоциации водоснабжения и водоотведения Елена Довлатова. – В последние годы это расхождение, на мой взгляд, лишь усугубилось. Причина тому – экономия средств, а также реализация национальных проектов, которая тоже не проходит гладко. Представители федеральных и региональных органов власти зачастую придерживаются диаметрально противоположных взглядов на одну и ту же проблему. В частности, рыбохозяйственные нормативы или иные строгие предписания. Федералы заявляют: «Нет, ни в коем случае нельзя снижать требования – как же водный объект? Как же экология?» А регионалы возражают: «Кто-нибудь подсчитал, сколько средств нам потребуется, чтобы хотя бы на один пункт изменить рыбохозяйственный норматив?» Таким образом, подходы и точки зрения совершенно разные. Я убеждена, что люди, работ
ающие на местах, помимо экологических и общегосударственных задач, вынуждены решать ещё и хозяйственные вопросы. Именно этот взгляд – земной, практический – показался нам наиболее оптимальным, любопытным и весьма перспективным.
Не ради орденов
– Все мы живём ради чего-то, и уж тем более органы власти, особенно федеральные, существуют прежде всего для людей, – отметил Геннадий Орденов, член Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию. – Люди в регионах, сами регионы – это и есть подлинная Россия. Я стал сенатором в 2016 году, и уже в 2017-м у нас состоялся первый Водный конгресс. Сложилось это, наверное, волею судьбы больше, чем по моему личному желанию. Но с самого начала на Конгрессе поднимались животрепещущие вопросы, и так действительно было часто. Сегодня же дискуссии стали ещё острее, порой мы не можем согласиться с существующей нормативной базой. В частности, это касается нормативов по выбросам, по сточным водам и множества других аспектов. Их очень много. К сожалению, в силу временных ограничений я не смог присутствовать на всех сессиях, но куда бы ни заглянул – везде шла живая, предметная и конструктивная дискуссия.
Мы привыкли работать интенсивно, однако темп, заданный нынешним Водным конгрессом, исключительно высок. Программа настолько насыщенна, что охватить всё невозможно, но повторю: везде, где я побывал, царила деловая атмосфера. Выставка отличается широким представительством. Отдельная благодарность её участникам – подойдёшь к любому стенду, и к тебе обращаются как к человеку, готовы помочь, подробно всё объяснят, даже если ты просто школьник. Это свидетельствует о том, что сюда приезжают не случайные люди, а настоящие высококлассные специалисты.
Россия – богатейшая водная держава, но и работы у нас очень много. Необходимо наводить порядок во всех сферах водопользования. Я затрону, в первую очередь, федеральную повестку. Комитет Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию осуществляет мониторинг законодательного регулирования в сфере водного хозяйства, управления водными ресурсами и объектами. На особом контроле Комитета – реализация в субъектах мероприятий федерального проекта «Вода России». Цель проекта – улучшение экологического состояния водных объектов, в том числе за счёт сокращения объёмов сброса неочищенных сточных вод. Среди ключевых задач – уменьшение к 2036 году вдвое объёма неочищенных стоков, сбрасываемых в основные водные объекты, и сохранение уникальной экосистемы озера Байкал. Вчера академик Данилов-Данильян слегка покритиковал формулировку. Суть остаётся, но звучит лучше: не «сброс неочищенных», а «сброс очищенных в два раза больше». Это, конечно, точнее.
Федеральный проект «Вода России» включает реконструкцию и строительство очистных сооружений, в том числе на Байкальской природной территории, предоставление регионам субсидий из федерального бюджета по итогам конкурсного отбора, а также строительство и реконструкцию гидротехнических сооружений для создания гарантированных источников водоснабжения в Омской и Курской областях, Луганской Народной Республике, Республике Дагестан, а также для обводнения Волго-Ахтубинской поймы, зоны западно-подстепных ильменей Астраханской области, бассейна реки Дон и повышения водности территорий Междуречья Дона и Кубани.
В 2025 году мероприятия по экологическому оздоровлению рек и озёр охватили около 4 000 гектаров. Продолжена реконструкция гидроузла на Елизаветинском водохранилище в Луганской Народной Республике и строительство Красногорского гидроузла на реке Иртыш в Омской области. Введено в эксплуатацию 12 объектов инженерной инфраструктуры общей протяжённостью свыше 54 километров. Их строительство направлено на защиту от наводнений населённых пунктов, где проживает около 100 000 человек. Из резервного фонда Правительства Российской Федерации на возведение дамб было выделено порядка 1,3 млрд руб.. Это позволило дополнительно реализовать в 2025 году проекты в Чеченской Республике и Кемеровской области. В Амурской области выполнены значительные объёмы работ, что даст возможность ввести объект в эксплуатацию в 2026 году. В 2025 году отобраны первые шесть проектов по созданию и реконструкции очистных сооружений в Нижегородской, Ивановской, Иркутской, Челябинской, Курганской областях и в Пермском крае. С 2026 года в рамках федерального проекта «Вода России» предусмотрено начало их строительства.
Мониторинг будет также вестись на площадке инцидента № 55. Заместитель Председателя Правительства Российской Федерации Дмитрий Николаевич Патрушев поручил установить онлайн-камеры на все новые объекты и расширить состав регионов-участников инцидента. По итогам совещания в феврале 2026 года Дмитрий Николаевич поставил задачу продолжить практику выездных семинаров для обмена опытом. Такие мероприятия уже состоялись в Республике Татарстан и Нижегородской области. Среди других мероприятий проекта – улучшение состояния гидрографической сети, водотоков и водоёмов путём расчистки более 1 000 километров участков водных объектов, а также озёр и водохранилищ за счёт удаления древесного хлама, мусора и водной растительности на акватории площадью свыше 36 000 гектаров.
В 2026 году по федеральному проекту «Вода России» планируется расчистка 17 водных объектов в 17 регионах. На пяти ключевых объектах суммарная протяжённость работ превысит 92 километра. Масштабные работы пройдут: в Тверской области на озере Селигер – 27 км; в Донецкой Народной Республике на реке Грузская – свыше 18 км; в Красноярском крае на реке Амбарная – более 16 км; в Волгоградской области на реке Медведица – 15 км; в Курской области на реке Тускарь – 15 км. При выполнении работ специалисты задействуют современную технику.
Советом Федерации и нашим Комитетом запланировано совещание по реализации мероприятий федерального проекта «Вода России» национального проекта «Экологическое благополучие» в июне 2026 года. Уверен, мы многое возьмём из резолюции, которая будет подготовлена по итогам нынешнего Конгресса. Я желаю всем участникам и Водному конгрессу в целом плодотворной работы. Уверен, лёд тронулся. Если на первых конгрессах, возможно, было много декларативного, то вчера на пленарном заседании мы услышали от руководителей федеральных органов готовность к пересмотру нормативов, некоторым из которых 40, 50 и 60 лет. Необходимо взглянуть под новым углом на проблемы, стоящие перед регионами в сфере водоочистки, водосбережения и перед хозяйствующими субъектами. Что касается Совета Федерации, Палаты регионов, – мы, рассматривая любой проект, в первую очередь оцениваем, как он будет реализован в наших метарегионах, насколько окажется полезным. Желаю, чтобы каждый из нас проникся этой ответственностью, – тогда и польза будет ощутимой.
Шахтные воды губят природу
– Выражаю глубокую признательность за возможность выступить на юбилейном, десятом Всероссийском водном конгрессе, – заявил Дмитрий Беланович, заместитель Председателя Правительства и Министр природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Пермского края. – Я помню самый первый конгресс, время, когда эта важнейшая инициатива только зарождалась: превосходная идея, получившая весомую поддержку Министерства природных ресурсов. Уже десятилетие данная площадка служит точкой притяжения для ведущих специалистов, экологов, министров регионов и представителей федеральной власти, где консолидированно вырабатываются стратегические решения для водохозяйственного комплекса, сохранения и оздоровления водных объектов.
Пермский край – лидер Приволжского федерального округа по водным ресурсам. На учёте в государственном водном реестре состоят около 29 тыс. рек. Главная артерия – река Кама с её многочисленными живописными притоками: Чусовой, Сылвой, Усьвой, Вишерой, Колвой, Яйвой. Эти уникальные водные ландшафты стали не только природным достоянием, но и локацией для многих кинокартин. Эта богатейшая гидрологическая сеть формирует водный каркас, обеспечивающий нужды населения, жилищно-коммунального хозяйства и, безусловно, промышленности. Край обладает мощным промышленным потенциалом: здесь расположены крупнейшие предприятия нефтегазового комплекса, действовал Кизеловский угольный бассейн (о нём скажу отдельно), развиты химическая промышленность и деревопереработка. Такой масштаб деятельности, к сожалению, оказывает значительную нагрузку на водные экосистемы.
Следовательно, наша прямая обязанность – помогать водным объектам, создавая условия для их реабилитации и самовосстановления. Ещё на 5-м конгрессе мы впервые представили федеральную инициативу по оздоровлению реки Камы – ключевого притока Волги. Тогда были чётко обозначены проблемы: необходимость реконструкции очистных сооружений, подъём затонувших судов, которых по-прежнему множество на русле. Однако центральной экологической проблемой для нас сегодня является реабилитация водных объектов, принимающих шахтные воды. После нашего обращения эту инициативу поддержали все пять субъектов, по территории которых протекает Кама. Обращение было направлено и подписано главе государства, что обеспечило проекту высочайший уровень поддержки. Мы прошли все необходимые этапы, и теперь в рамках федерального проекта «Вода России» приступили к реализации конкретных мероприятий.
Приоритетной задачей остаётся нейтрализация кислых шахтных вод. Кизеловский бассейн был одним из крупнейших угольных месторождений. Сегодня его наследие – это высокоминерализованные источники с колоссальным многократным превышением ПДК по ряду элементов. Их изливы формируют ярко-оранжевые, почти коричневые потоки, которые можно увидеть на территории края и которые несут прямую угрозу источникам питьевого водоснабжения для примерно 1,3 млна человек. Контроль за ситуацией осуществляется на самом высоком уровне. Ещё в 2024 году заместитель Председателя Правительства Дмитрий Патрушев утвердил комплексный план мероприятий по ликвидации данного негативного воздействия. Существует детальная дорожная карта, и мы строго следуем её этапам. Согласно ей, к февралю 2027 года Минэнерго России должно представить результаты технико-экономического обоснования возможных решений по очистке этих стоков.
Откровенно говоря, реализация потребует существенного федерального финансирования. Необходимо построить многоуровневые очистные сооружения значительной мощности, применяя новейшие доступные технологии. Но краеугольным камнем всего процесса является установление специальных региональных нормативов предельно допустимых сбросов для рыбхозяйственных водных объектов. Эта работа ведётся, хотя и сопряжена со сложностями, поскольку требует масштабного научного обоснования. Нашими предприятиями уже разработана новая эффективная технология очистки, однако её стоимость напрямую зависит от утверждённых нормативов. Сегодня нам удалось выйти на себестоимость очистки около 300 руб. за кубический метр. Без установления региональных нормативов эта цифра возрастёт на порядки, сделав проект экономически нецелесообразным. Поэтому мы продолжаем эту работу. 2030 год является для нас ключевым рубежом – с него должна начаться непосредственная практическая реализация проекта.
Параллельно мы решаем другой серьёзный вызов. Речь идёт о крупном промышленном узле с центром в городе Березники, где сконцентрированы гиганты химической промышленности. Здесь остро стоит задача модернизации и строительства новых очистных сооружений для доведения сточных вод – как хозяйственно-бытовых, так и промышленных – до требуемых нормативов. Реализуется проект строительства современных биологических очистных сооружений и сооружений для очистки промышленных стоков, принимаемых предприятием «Промканал» (ООО «Сток») с последующим сбросом в Каму. Это сложнейшая задача, к решению которой мы уже приступили, опираясь на наш опыт и абсолютную уверенность в результате, ведь на кону – экологическая безопасность жителей не только Березников, но и всего Пермского края.
Проблемой шахтных вод мы занимаемся комплексно и глубоко. На сегодня завершена полная инвентаризация всех источников, оценены подземные запасы. Выявлено 22 крупных источника круглогодичного действия, концентрация в которых варьируется в зависимости от сезона. Реки, принимающие эти стоки, сами стали объектами накопленного вреда – их донные отложения содержат высокие концентрации загрязняющих веществ. Поэтому необходимы комплексные меры, включающие не только очистку текущих сбросов, но и реабилитацию русел. Усугубляет ситуацию наличие терриконов и вскрышных пород. Это длительный процесс.
Вчерашний круглый стол, за организацию которого я благодарен, с участием представителей Минэнерго и Росрыболовства, вновь подтвердил масштаб проблемы. К нашей работе уже присоединилась Ростовская область, разработавшая по нашему примеру собственную дорожную карту. Все участники единодушно признали, что именно Пермский край первым заявил об этом вызове на федеральном уровне, объединив усилия с коллегами из других регионов и федеральных органов власти. Мы рассчитываем на успешную реализацию проекта, так как его актуальность невозможно переоценить. Как верно отметил один из вчерашних выступающих, сегодня невозможно точно спрогнозировать сроки прекращения изливов. Наука продолжает работу: Росрыболовство готовит методики для определения нормативов, учёные-гидрологи исследуют динамику источников.
Наш путь требует терпения, настойчивости и консолидации. Конгресс – это именно та площадка, где предложения субъектов Федерации внимательно рассматриваются. Поэтому убедительно прошу включить наши инициативы в итоговую резолюцию Конгресса. Только совместными усилиями мы сможем достичь результата и сохранить статус Пермского края как экологически ориентированного региона.
Предложения по выходу из положения
– Для меня тоже огромная честь выступить на этом знаковом мероприятии – юбилейном десятом Всероссийском водном конгрессе, – заявил Азат Зиганшин, министр экологии и природных ресурсов Республики Татарстан. – Недавно мы на территории Татарстана, в Набережных Челнах, дали старт Всероссийской акции «Вода России». Это событие стало значимым как для нашей Республики, так и для всей страны. Его позитивный резонанс мы ощущаем до сих пор. А участие в конгрессе лишь подчёркивает: вопросы водных ресурсов и водопользования с каждым днём приобретают всё большую остроту. В рамках сегодняшних сессий уже прозвучал ряд тезисов. В сжатом формате обозначу ключевые проблемы и предлагаемые пути их решения.
1. Государственный водный реестр. Известно, что фундаментальной задачей является полнота учёта водных объектов в Государственном водном реестре (ГВР) и на кадастровом учёте. Ведение ГВР отнесено к полномочиям Росводресурсов, а Росгидромет предоставляет данные для его пополнения. Однако на практике многие субъекты сталкиваются с тем, что в ГВР зачастую отсутствуют даже базовые сведения о большинстве водных объектов и особенностях их гидрологического режима. Реестр также не содержит информации, необходимой для установления границ водоохранных зон. Ситуацию усугубляет градостроительная деятельность, ведущая к нарушениям. Предлагаем разработать на федеральном уровне электронную геоинформационную систему на основе данных Гидрографического справочника водных объектов для всей России, организовать комплексную работу по максимальному наполнению и верификации данных Государственного водного реестра.
2. Пробелы в регулировании водоохранных зон. Водный кодекс и иные нормативные акты не содержат исчерпывающего перечня видов деятельности, запрещённых и разрешённых на этих территориях. Отсутствие прямого запрета на строительство, бурение скважин и иные работы в водоохранных зонах приводит к их застройке и интенсивному освоению. Предлагаем внести в законодательство дополнительные требования с исчерпывающим перечнем запретов на размещение объектов и ведение деятельности в границах береговой полосы, водоохранных зон и прибрежных защитных полос. Что касается установления самих зон: по состоянию на 2025 год в Республике Татарстан границы определены лишь для 36 водных объектов общей протяжённостью 1650 км, что составляет около 38% от необходимого. Сдерживающим фактором являются установленные лимиты финансирования. В связи с этим мы считаем необходимым увеличение объёма федерального финансирования на эти цели.
3. Проблема заполнения форм ГВР для малых рек. Возникают сложности с заполнением форм Государственного водного реестра по новым требованиям, в части указания среднего многолетнего уровня воды в период, свободный ото льда. На малых реках и водоёмах зачастую отсутствуют гидрологические посты наблюдения. Предложение: разработать и официально утвердить методические указания, регламентирующие расчётные методы определения среднемноголетнего уровня воды для водных объектов, не обеспеченных гидрологическими постами.
4. Учёт земель водного фонда. Сведения о границах водных объектов и их охранных зон вносятся в ЕГРН. Однако земли, покрытые поверхностными водами, зачастую не ставятся на кадастровый учёт как земли водного фонда. Это провоцирует незаконное формирование земельных участков в акваториях и береговых полосах. Предлагаем инициировать работу по переводу земельных участков под акваториями в категорию земель водного фонда, включить береговую полосу в перечень зон с особыми условиями использования территорий (ЗОУИТ), сведения о которых обязательны для внесения в ЕГРН.
5. Вопрос искусственных земельных участков (ИЗУ). Положения Федерального закона № 246-ФЗ об ИЗУ, созданных на водных объектах, содержат ряд правовых неопределённостей, в частности, относительно инициатора создания и регулирования режима береговой полосы.
Предлагаем (инициатива Татарстана по изменению Закона № 246-ФЗ): закрепить, что инициатором создания ИЗУ могут быть исключительно органы власти всех уровней для размещения объектов федерального, регионального и местного значения. Чётко регламентировать проведение работ по определению местоположения береговой линии. Конкретизировать порядок заключения договора и внесения платы при создании ИЗУ.
6. Установление зон затопления и подтопления. Работа по установлению этих зон закреплена за субъектами РФ, но не обеспечена федеральным финансированием. Процедура, установленная постановлением Правительства, чрезмерно длительна, а периодичность актуализации зон не регламентирована. Важно понимать, что даже постановка границ зон в ЕГРН сама по себе не решает проблему негативного воздействия вод.
Предлагаем рассмотреть возможность выделения целевого федерального финансирования на инженерную защиту территорий при установлении зон затопления и подтопления, определить уполномоченный государственный орган, ответственный за оценку достаточности принимаемых защитных мер.
7. Мониторинг и оценка качества вод. В Татарстане системный мониторинг поверхностных вод ведётся с 2014 года. В 2025 году он охватил 114 пунктов наблюдения на 65 водных объектах. С 1996 года для мониторинга Куйбышевского и Нижнекамского водохранилищ Министерство использует научно-исследовательское судно «Фламинго» с судовым природоохранным комплексом «Волга-М», модернизированным в 2022 году. Предлагаем создать Волжско-Камскую научно-исследовательскую флотилию с флагманским судном «Фламинго», оснастив её, в том числе, системами автоматического мониторинга на буях.
8. Рыбохозяйственные нормативы качества воды. Действующий приказ Росрыболовства устанавливает чрезвычайно жёсткие нормативы для рыбохозяйственных водоёмов. По ряду показателей (медь, цинк, молибден) они в десятки и сотни раз строже нормативов для питьевой воды. Это влечёт неоправданно высокие издержки и штрафы для предприятий, причём правила применяются ко всем водоёмам без учёта их реальной рыбохозяйственной ценности. Предлагаем пересмотреть действующие рыбохозяйственные нормативы с учётом реальных технологических возможностей очистки сточных вод. Ввести категорирование водных объектов с дифференцированными нормативами для каждой категории. Применить дифференцированный подход к водным объектам, не имеющим рыбопромыслового значения.
9. Региональные нормативы для водных объектов. Многолетний мониторинг в Татарстане выявляет характерные фоновые превышения по веществам природного происхождения (марганец, сульфаты, железо). Для объективной оценки необходимы утверждённые региональные нормативы по таким веществам. Однако, в соответствии с правилами, проекты нормативов должны разрабатываться по методике, согласованной Росрыболовством с Минприроды. На сегодня такая методика, а также административный регламент по её применению, не приняты. Предлагаем ускорить принятие необходимых методических документов. Соответствующее обращение от нашего Министерства в Росрыболовство направлено, контакт налажен, ответ ожидается.
10. Договоры водопользования с туроператорами. При предоставлении акваторий для рекреации без аукциона выявился пробел в регулировании. Согласно разъяснению Минприроды России, требование о наличии прилегающего земельного участка законодательно не установлено. Однако арбитражный суд Поволжского округа указал, что отсутствие такого участка является основанием для отказа. Это создаёт правовую неопределённость. Предлагаем внести конкретизирующие изменения в Постановление Правительства РФ № 274, четко прописав, является ли прилегание земельного участка обязательным условием.
11. Перевод аукционов на водопользование в электронную форму. До сих пор данные аукционы во многих случаях проводятся в «ручном» режиме. Необходимо законодательно закрепить их проведение на электронной торговой площадке для повышения прозрачности и эффективности.
12. Вопрос углубления дна (Постановление Правительства РФ № 18). В границах водохранилищ на территории Татарстана в настоящее время действует 98 решений на проведение дноуглубительных работ. Данная сфера также требует внимания с точки зрения унификации процедур и экологического контроля. Объём извлечения донного грунта, согласованный для изъятия, составляет почти 15 млнов кубических метров – величина, сопоставимая с лицензионным объёмом добычи общераспространённых полезных ископаемых. Действующее законодательство допускает использование данного грунта для нужд муниципальных образований. Однако, согласно официальным сведениям от самих муниципалитетов, на текущий момент не принято ни одного решения о его практическом применении.
Это закономерно вызывает вопрос: кому и для каких целей на самом деле требуется изъятие такого колоссального объёма? Существуют значительные риски, связанные с данной деятельностью: ухудшение экологического состояния водного объекта, ненадлежащее обеспечение безопасности судоходства и, безусловно, высокий потенциал для злоупотребления правом на использование донных грунтов. По своей сути такое изъятие является добычей и использованием распространённых полезных ископаемых, что лишь подчёркивает необходимострого контроля. В связи с этим предлагается внести изменения в регламентирующие правила, дополнив их нормой об обязательном приложении к заявлению проекта дноуглубительных работ, согласованного с широким кругом государственных органов.
В качестве примера можно привести ситуацию с дноуглубительными работами на лицензионных участках. Имеются случаи, когда право пользования водным объектом в границах участков недр, предоставленных на основании лицензии по результатам аукциона, использовалось, в том числе, для проведения дноуглубительных работ. Таким образом, наше ключевое предложение – внести соответствующие поправки в Постановление Правительства № 18, установив в качестве основания для отказа в предоставлении права водопользования для целей дноуглубления наличие лицензионных участков недр, включённых в перечень участков недр местного значения. Такие участки ни при каких условиях не должны предоставляться для дноуглубительных работ.
Отдельно необходимо отметить вопрос мониторинга. Мы осуществляем ежедневный контроль уровней Куйбышевского и Нижнекамского водохранилищ. Однако отсутствие у органов государственной власти субъектов Российской Федерации доступа к оперативным данным по уровням и притокам воды с гидропостов Волжско-Камского бассейна создаёт серьёзные препятствия для составления точных и уверенных прогнозов уровней и приточности водохранилищ каскада. В связи с этим настоятельно просим рассмотреть вопрос о предоставлении Федеральной службой по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды оперативных данных о приточности и величине расхода воды с указанных гидропостов.
Большой бассейн и нехватка воды
– Безусловно, отрасль сталкивается со значительным количеством вызовов. Обнадеживает тот факт, что их постоянное обсуждение способствует поиску решений, – отмечает начальник Московско-Окского бассейнового управления Вахтанг Астахов. – Наш регион, как и Татарстан, обладает обширным опытом, поскольку регулярно сталкивается с максимально широким спектром возможных проблем. Благодаря слаженной работе с коллегами из правительств Москвы и Московской области многое удалось решить и устранить. Более того, это сотрудничество позволило инициировать важные изменения в законодательство. На протяжении многих лет мы активно и коллегиально проводили бассейновые советы, где фокусировались не на технических деталях, а на поиске ответов на принципиально сложные вопросы. К сожалению, данная инициатива в настоящее время приостановлена Агентством водных ресурсов, однако мы намерены продолжить эту работу на иных площадках.
Возьмем, к примеру, проблему аукционов, которая оставалась нерешённой в течение многих лет. Первоначально наиболее острые сложности отмечались в нашем регионе, а также в Краснодарском крае, Татарстане, Самарской области – там, где протекает большая Волга – и в Ленинградской области. Подходы к решению были различны. Часть субъектов, как, например, Московская область, перешла на электронные аукционы, несмотря на то что действующее законодательство напрямую это пока не разрешает. Более того, Минприроды России в своём ответном письме указало на несоответствие такой практики федеральным нормам. Это создаёт парадоксальную ситуацию, когда местные акты могут фактически обходить федеральное законодательство.
Наш опыт выявил и системные проблемы. К примеру, длительное время действовала группа лиц – порядка 20 человек, – которые, не имея цели реального водопользования, профессионально срывали аукционы. Они вступали в торги, предлагая каждому участнику определённую сумму в зависимости от локализации водного объекта, и в случае отказа водопользователя от сговора искусственно взвинчивали цену. В результате добросовестные участники были вынуждены выплачивать им суммы от 20 до 100 млнов руб.. Подобная деятельность являлась формой недобросовестной конкуренции. Благодаря взаимодействию с коллегами из ФСБ была проведена спецоперация, в результате которой по стране арестовано порядка 30 и более участников данной межрегиональной группировки, действовавшей также на лесных и земельных аукционах. Это позволило на время существенно снизить уровень преступности в данной сфере. После следующей волны аналогичных мошеннических схем аукционы, наконец, стали прозрачными. Теперь заявитель подаёт документы, указывает желаемые условия и заключает договор без какого-либо противодействия. Сама возможность появления недобросовестного участника минимизирована, поскольку подобные действия теперь оперативно пресекаются правоохранительными органами.
Вторая категория проблем связана с оформлением водопользования. Нередки случаи, когда владельцы земельных участков у воды не оформляют соответствующие права, после чего эти участки захватываются третьими лицами. В дальнейшем, когда законный владелец планирует строительство пирса или причала, с него требуют выкуп за «права на воду» – суммы до 20 млнов руб.. Долгое время подобные случаи трактовались исключительно как гражданско-правовые споры, что затрудняло привлечение мошенников к уголовной ответственности. Однако недавно правоохранительным органам удалось провести успешную спецоперацию и задержать подобных вымогателей, что существенно облегчит положение как граждан, так и юридических лиц.
Переход на электронный формат аукционов не является панацеей. Известны случаи, когда участникам электронных торгов на телефон поступали сообщения с угрозами: «Здравствуйте, вы сейчас участвуете в аукционе, ваша фамилия такая-то. Перечислите деньги по указанному номеру, иначе мы искусственно повысим ставку. Нас здесь десять человек, но мы представляем одного заявителя». Это указывает на возможные утечки данных с торговых площадок или системные уязвимости. Противодействие такому цифровому шантажу требует уже иных компетенций и представляет собой отдельную сложную задачу в сфере IT-безопасности и уголовного права.
Таким образом, однозначно оценить преимущества или недостатки той или иной системы трудно. Существенное облегчение для водопользователей заключается в упрощении процедуры, поскольку вода, как правило, нужна только тому, кто намерен её использовать на законных основаниях. Если арендатор добросовестно следит за состоянием акватории и своевременно вносит платежи, конфликтов возникать не должно. Зачастую нарушения, такие как загрязнение, связаны не с деятельностью арендатора, а с диффузным стоком с незакреплённых территорий, куда отдыхающие оставляют мусор, впоследствии попадающий в воду.
Что касается развития рекреации, то Россия сегодня демонстрирует высокие стандарты качества в этой сфере, которые зачастую превосходят зарубежные аналоги. Однако в сфере водопользования сохраняется тенденция к упрощению законодательства, что, вопреки намерениям, может нести серьёзные экологические риски. Рассмотрим пример с яхт-клубами. Водопользователь получает разрешение на размещение, условно, десяти судов, оформляет документы на строительство причала, но в дальнейшем размещает 30–40 единиц. Контроль за соблюдением установленных лимитов практически отсутствует, поскольку надзорные функции переданы в Росприроднадзор, который в условиях моратория на плановые проверки часто не может оперативно реагировать. Для фиксации нарушений требуется привлечение целого ряда органов: ГИМС, полиции, Роспотребнадзора, что делает процесс крайне затруднительным.
Проблема усугубляется финансовыми и фискальными последствиями. Водопользователь платит государству символическую сумму – порядка 15–20 тыс. руб. в год, взимая при этом с каждого владельца лодки от 20 до 50 тыс. ежемесячно. Эти средства зачастую остаются в теневом обороте, не регистрируются и не облагаются налогами. Более того, при выдаче договоров водопользования не всегда учитывается норматив допустимого воздействия (НДВ) на водный объект. Превышение антропогенной нагрузки ведёт к системному ухудшению качества воды в наших питьевых водохранилищах – Клязьминском, Пестовском, Пяловском, Истринском. Эта тревожная тенденция проявляется в активном развитии сине-зелёных водорослей, появлении ранее не характерной флоры, что приводит к появлению неприятного запаха и привкуса, и на что закономерно жалуются жители. На примере Истринского водохранилища мы провели детальный анализ. Результаты показали, что значительный объём загрязняющих веществ поступает от садовых некоммерческих товариществ (СНТ) и коттеджных посё
лков. Распространено заблуждение, что сброс неочищенных сточных вод через маломощные насосы не нанесёт вреда, однако совокупный эффект от сотен таких точек приводит к активному зарастанию затонов и эвтрофикации водоёмов.
Отдельного внимания требует вопрос современных методов очистки, таких как биоочистка. На Москве-реке проводятся эксперименты в этой области, однако их правовой статус не определён. Для законного проведения подобных работ на питьевых водохранилищах необходимо получение заключений Роспотребнадзора и Росрыболовства, разработка проекта, включая, при наличии судового хода, установку предусмотренных правилами навигационных огней. Отсутствие чёткой нормативной базы в данном случае также является существенным препятствием для внедрения эффективных экологических технологий. Выходит, что все это представляется неизбежной необходимостью. Впрочем, история эта долгая и сама по себе еще не завершена. Я решительно поддерживаю биоочистку, поскольку сам проделал значительную работу в этой области. Мы с большим интересом осознали, насколько глубоким оказался упущенный пласт возможностей. Например, в Сингапуре уже около двадцати лет действует программа IBC Waters, которая давно доказала свою эффективность. Почему же мы только с
ейчас подходим к аналогичным решениям?
Безусловно, это направление требует скорейшего ускорения и всесторонней поддержки организаций, предоставляющих соответствующие услуги. Им необходимо развиваться и создавать конкурентную среду. Причем речь идет не только о биоплате – этот элемент может стать частью комплексного благоустройства территории. Так, Росводресурсы подписали соглашение с городом Сергиев Посад и Фондом развития Сергиева Посада, согласно которому город признан пилотной площадкой для апробации новых технологий. Именно этого нам сегодня не хватает.
Наука развивается, но возникает парадокс: дети сдают ЕГЭ, поступают в институты, где с них требуют знаний, будто они всю жизнь были студентами. Затем они приходят на работу, и им говорят: «Забудьте все, чему вас учили, делайте по-новому». Получается, что необходимо пересмотреть сам подход: отталкиваться от запросов бизнеса и государства, четко определив, чего мы ожидаем сегодня и каким видим горизонт через тридцать-пятьдесят лет.
Лучшее озеро на Земле
– Лучшее место на Земле – это Республика Бурятия. Убеждена, что с этим никто не станет спорить», – заявила министр природных ресурсов и экологии Республики Наталья Тимуреева. – Я надеюсь, что все вы посетили стенд Росводресурсов и совершили виртуальный полёт над Байкалом. Ведь среди 32 000 водных объектов нашего региона именно озеро Байкал является главной всероссийской достопримечательностью. Хотела бы остановиться на проблемах, с которыми мы столкнулись в регионе. Полагаю, они актуальны и для других субъектов. За два дня выступлений никто их пока не озвучил. Думаю, некоторые регионы узнают себя.
Первая проблема – Постановление Правительства № 832. Все помнят, как мы его ждали: полтора года обсуждали на различных площадках, наконец дождались. Однако, анализируя ситуацию по Российской Федерации, где муниципалитеты смогли пройти по этому порядку, мы пришли к выводу: только в Красноярском крае была очищена одна река, в Хакасии – одна река. Приморский край, безусловно, молодцы: они создали отдельную специализированную организацию со штатом гидрологов, которые выдают необходимые справки. Согласно данному порядку, требуется справка от Росгидромета. Но Росгидромет может выдать её только при наличии гидропоста. На реках, где гидропостов нет, Росгидромет отказывается выдавать справку. Каким образом пройти этот порядок? Мы в тупике. Я против послаблений в законодательстве, негативно влияющих на экологию, и за нормальные и понятные правила игры для всех: для природопользователей, органов местного самоуправления и исполнительной власти, а также для надзорных органов. Все должны понимать, как действовать дальше. Б
ез справки мы не можем работать. Считаю, что в данном случае необходимо внести изменения.
Кроме того, мы столкнулись с уникальной ситуацией в Росгидромете. С 2018 года у нас начался многоводный период: открылось множество ключей, мы столкнулись с наледными явлениями. Тридцать лет их не было, и вот они появились вновь. Наледи влияют на дороги, мосты и инфраструктуру, что серьёзно сказывается на жизни местного населения. Но Росгидромет ответил, что наледные явления не являются опасным явлением. Это поставило нас в тупик. В центральном перечне Росгидромета наледные явления значатся как опасные. Оказалось, что региональное право определять, является ли явление опасным, остаётся за местным Росгидрометом. Считаю это неправильным. Если мы признаём наледные явления опасными, пусть это будет едино для всей России, а не дифференцированно по регионам.
Второй проблемный вопрос – часть первая статьи 19 Водного кодекса, где говорится, что водопользователь с согласия соответствующего исполнительного органа власти вправе передать свои права и обязанности по договору другому лицу. Однако есть оговорка: правило не распространяется на договоры, заключённые по аукциону. Приведу пример. К нам обратилось предприятие , получившее договор водопользования по аукциону. Через некоторое время произошла реорганизация: из трёх предприятий сделали одно. Они пришли за дополнительным соглашением. Согласно части 1 статьи 19, мы им отказали. Замечу: на территории Республики Бурятия действуют два Росприроднадзора и три природоохранные прокуратуры. Шаг вправо, шаг влево – расстрел. Заявитель пошёл в суд, выиграл, и на основании судебного решения мы заключили договор. Прошли через суд. Второй аналогичный случай также разрешался в суде. Ходить в суд, закрепляться судебным решением – это хорошо для тех, кто знает, как это делать, но это время и ресурсы.
Другой водопользователь обратился к нам: Бурятия богата минеральными источниками, и один из водопользователей хотел заключить договор на использование акватории родника с минеральной водой. Мы были вынуждены отказать из-за отсутствия санитарно-эпидемиологического заключения. Вероятность его получения равна нулю, так как вода минеральная по своей природе, течёт из-под земли. Заявитель обратился в суд и выиграл. В суде прозвучала интересная формулировка: «Вы гнобите бизнес, выдайте ему договор». Я за бизнес, мы выдали договор, но пройдя через суд. Судебные разбирательства мешают и водопользователям, и нам.
Свой подрядчик в хорошем смысле
– Я посетил все Водные Конгрессы, потому, можно сказать, являюсь ветераном этого мероприятия, – отметил Михаил Страхов, заместитель председателя Комитета по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности Санкт-Петербурга. – Были сформулированы действительно конкретные предложения, и я надеюсь, что мы включим их в резолюцию. Такие площадки крайне важны. Сегодня здесь присутствовал директор Департамента госполитики и регулирования в области водных ресурсов Минприроды России Александр Шадриков. Совсем недавно в Набережных Челнах состоялось мероприятие, организованное Министерством природных ресурсов Республики Татарстан. Мы осознаём, что проблем много и все они общие. Нам необходимо, во-первых, больше общаться, во-вторых – активнее коммуницировать, и в-третьих – лучше координировать свои действия.
Позвольте кратко остановиться на примере федеральных проектов. Для нас сейчас эта тема особенно актуальна. Известна история с программой «Чистая Ладога», которую поддержал Президент. Мы стремимся представить её как дополнение к федеральному проекту «Вода России». Складывается впечатление, что из-за недостатка финансирования, а возможно, и системных причин, федеральные проекты, во-первых, не учитывают необходимые мероприятия, а во-вторых, лишены той межрегиональности, которой должны обладать. Я уже озвучивал эту идею: при отборе проектов для федеральной программы следует присваивать дополнительные баллы тем инициативам, которые рассматривают водный объект как единое целое для нескольких регионов. Это крайне важно. Тогда возникнет взаимоувязка между субъектами, появится мультипликативный эффект, и эффективность мероприятий возрастёт.
Сегодня прозвучала хорошая новость от Александра Шадрикова о работе над увеличением ставок платы за использование акватории. Многие коллеги отмечали, что владельцы плавучих ресторанов и гостиниц, оплачивая 1 000 руб. в месяц, сдают объекты яхтсменам за совершенно иные суммы, получая миллиардные доходы. При этом в деле участвуют жулики. Один из них пытался продавить 330 млрдов руб., но взять эти средства не удалось. Мы были авторами многих инициатив, как вы заметили, аукционы стали проводиться реже: появилось целевое предоставление акватории без торгов при наличии земельного участка или набережной. С 1 июля аукционы переводятся в электронную форму. Хочу подчеркнуть: если ставки платы за акваторию будут повышены, мы можем выступить пилотным регионом. Если бы стоимость акватории привязали к кадастровой стоимости земельного участка, а не к 1 000 руб., Санкт-Петербург мог бы направлять в федеральный бюджет 3–5 дополнительных млрдов руб.. Эти средства пошли бы на финансирование водохозяйственных мероприятий, в том числе в рамках проекта «Вода России».
Теперь кратко о гидротехнических сооружениях. Мы обсуждали необходимость вовлечения Ростехнадзора в наши обсуждения. Для всех регионов актуальна ситуация с гидротехническими объектами: вопросы ликвидации, разработки деклараций, проблемы с контрольно-надзорными органами. У нас был случай, когда 18 прокуратур одновременно вышли на проверки одного учреждения – государственного казённого учреждения «Ленводхоз», которое занимается гидротехническими сооружениями. Нам необходимо действовать в одной связке с контрольно-надзорными органами, понимая, что мы делаем общее дело, и подсказывать друг другу.
Последний момент, связанный с федеральным проектом и гидротехническими сооружениями, – кадровая проблема, нехватка подрядчиков и проектировщиков. Мы можем наращивать объёмы работ, но если нет специалистов и природоохранной техники, способной выполнять эти задачи, мы не достигнем результата. Поэтому необходимо дополнить федеральные проекты мероприятиями по приобретению природоохранной техники и флота. Эта тема также прозвучала от коллег. Как получить качественного подрядчика? В хорошем смысле это должен быть «свой» подрядчик – государственное казённое учреждение. Если это важно для региона, он создаёт такое учреждение (казённое или бюджетное), и в рамках государственного задания оно выполняет поставленные задачи. На федеральном уровне так работает «Центрхоз» и «Центррегионводхоз». В нашем субъекте также действует подведомственное государственное казённое учреждение. Однако у меня родилась мысль – возможно, крамольная: существуют коммерческие организации, заинтересованные в расчистке водных объектов. Должны быть меры стимулирования, чтобы частные инвесторы могли участвовать в таких работах без использования государственных средств. Эти моменты нужно систематизировать, облечь в конкретные формы – тогда мы решим проблему с двух сторон. Все предложения будут аккумулированы, и мы надеемся, что они войдут в резолюцию.
Итак…
– Я искренне признательна каждому за участие и вклад в нашу общую работу, – подвела итог Елена Довлатова. – Все прозвучавшие предложения и мысли будут непременно обобщены и структурированы. Как я уже отмечала вчера на пленарном заседании, особенность нашего Конгресса заключается в том, что с самого первого дня мы ведем его совместно с Советом Федерации. Это не просто серьезная опора, но и своего рода «утяжелитель», который, по распространенному выражению «мы сильные, но легкие», придает нашей работе основательность и весомость. Все наши предложения в обязательном порядке включаются в итоговую резолюцию и передаются в Совет Федерации. Далее он акцептует данные предложения и направляет их во все профильные министерства и ведомства. Мы действительно работаем с этой резолюцией и добиваемся конкретных результатов. Когда наступает время очередного Конгресса и мы приглашаем ведомства к дальнейшему сотрудничеству, они обращаются к резолюции с вопросом: «Что уже сделано, а что еще предстоит?». Понимаете, процесс может продвигаться медленнее, чем нам хотелось бы, и лишен громких, эффектных прорывов. Однако гораздо надежнее идти к цели маленькими, но уверенными шагами, чем сделать один большой шаг и затем потерпеть неудачу.
