Розетка становится мала
Модератор, член Комитета по экономической политике, сенатор Андрей Хапочкин отметил, что в период с 2020 по 2026 год на территории Дальневосточного федерального округа было построено и введено в эксплуатацию более семисот новых промышленных предприятий. Объём инвестиций в основной капитал достиг почти четырёх триллионов рублей. Общая стоимость реализуемых проектов с государственной поддержкой превышает десять триллионов рублей. Наибольшее количество новых предприятий открыто в сферах строительства, логистики и услуг. Активное развитие демонстрируют сельское хозяйство, рыболовство, лесная, нефтегазовая и медицинская промышленность. Экономика Дальнего Востока растёт значительно быстрее, чем энергетическая инфраструктура. Потребление электроэнергии в макрорегионе увеличивается вдвое быстрее среднероссийских показателей: за последние десять лет рост составил двадцать восемь процентов.
В совокупности к 2030 году дефицит мощностей во всех регионах Дальнего Востока может достичь 3,3 ГВт. Для примера: прогнозируемый дефицит электроэнергии в энергосистеме Сахалинской области к 2031 году составит 156 МВт. С учётом рисков остановок генерирующего оборудования иностранного производства дефицит мощности может возрасти до 300 мегаватт. Аналогичная ситуация складывается и в других дальневосточных регионах.
По мнению ряда аналитиков, если не принять комплекс эффективных мер, в недалёком будущем регионам Дальнего Востока потребуется поддержка экстренного характера – вплоть до аварийного импорта электроэнергии из Китая. Сенаторы неоднократно обсуждали проблемы энергетического комплекса Дальнего Востока на площадках Совета Федерации. Приняты соответствующие протоколы и решения по итогам совещаний и круглых столов. Тем не менее, в ходе рабочих командировок, встреч и совещаний в регионах мы получаем обращения с предложением не ослаблять внимание к проблеме и акцентировать особо важные вопросы. В их числе – продление механизмов действия дальневосточной надбавки, кардинальное обновление генерирующих мощностей, замена выбывающих импортных газовых турбин на отечественные аналоги, а также особое внимание государства к регионам с изолированными энергосистемами.
На персональном контроле
Ситуация с развитием электроэнергетики в Дальневосточном федеральном округе находится на постоянном контроле вплоть до уровня Президента Российской Федерации, – сообщил заместитель Министра энергетики Российской Федерации Пётр Конюшенко. – В рамках Восточного экономического форума было проведено отдельное совещание, по итогам которого принят ряд стратегических решений. И, заверяю вас, оснований для беспокойства нет: угроза, обозначенная вами во вступительном слове, не реализуется. Мы, энергетики, совместно с энергетическими компаниями предпринимаем исчерпывающие меры для её заблаговременного предотвращения. Уже утверждён значительный объём решений, реализуемых до 2028–2029 годов. Будет модернизировано и введено в эксплуатацию порядка 4,3 ГВт тепловых мощностей. В их числе – Якутская ГЭС, Артёмовская ТЭС, Хабаровская ТЭС-4, Владивостокская ТЭС-2, Нерюнгринская, Партизанская, Приморская, Южно-Якутская и Свободненская электростанции. Все эти проекты находятся в высокой стадии готовности. Кроме того, Правительством принято решение о продлении срока эксплуатации ряда электрических станций, включая Якутскую, Восточную и Артёмовскую, а также о строительстве линии электропередачи Хабаровск – Комсомольская-на-Амуре напряжением 500 кВ. Данные меры позволят полностью компенсировать возникающие дефициты мощности.
Дополнительно утверждено решение о строительстве электростанции на территории Забайкальского края. Этот проект также обеспечит компенсацию возможных дефицитов в Дальневосточном федеральном округе, наряду с сооружением линии электропередачи постоянного тока из Красноярского края. По вопросу потенциального дефицита электрической энергии на горизонте 2030 года в объёме порядка 13 МВт решение найдено: оно будет реализовано, скорее всего, путём строительства систем накопления электрической энергии. Это быстрореализуемое мероприятие, которое уже в высокой стадии готовности внедрено на территории Краснодарского края. Таким образом, угроз дефицита и отключения электроэнергии в том формате, который вы обозначили, не существует.
Энергетики совместно с компаниями, системными операторами, органами власти и всеми региональными министрами энергетики на уровне Министерства энергетики проводят регулярные совещания. Министр лично собрал всех руководителей энергетической отрасли Дальневосточного федерального округа, где были проработаны топливные балансы и общая динамика развития, в том числе с учётом вдвое более высокого роста электропотребления в округе по сравнению со среднероссийскими показателями. Все эти факторы нами учитываются. Совместно с Министерством по развитию Дальнего Востока и Арктики разработана программа развития Дальневосточного федерального округа до 2050 года, которая в настоящее время проходит этапы согласования и будет утверждена. В её рамках мы будем вести долгосрочную работу с учётом устойчиво высокого роста промышленного потенциала региона.
Отдельно рассматривается вопрос строительства атомной электростанции в Приморском крае. Полагаю, коллеги доложат подробнее. Ввод первого блока мощностью 1 ГВт к 2033 году полностью закроет все прогнозируемые потребности. На горизонте 2035 года планируется ввод второго блока аналогичной мощности. Таким образом, к этому периоду округ будет обеспечен электроэнергией даже с профицитом. Также прорабатывается целесообразность строительства Хабаровской атомной электростанции и гидроэлектростанций – решения по ним будут приниматься по мере необходимости.
Что касается изолированных энергосистем, ситуация находится под контролем. Действует программа модернизации объектов локальной генерации общей мощностью 477 МВт, разделённая на два этапа. Она будет реализована на территории Республики Саха (Якутия) и Камчатского края силами ПАО «РусГидро». Все эти мероприятия будут проведены в полном объёме. Поэтому ситуация полностью контролируема и планомерно реализуется – с тем чтобы не допустить возникновения любого дефицита.
Мега инвестициям нужны гигаватты
– Сейчас, благодаря мерам государственной поддержки и реализации социально-экономических программ, инициированных по поручению Президента, осуществляется более трёх тысяч инвестиционных проектов, – отмечает Илья Чернов, директор Департамента развития Арктической зоны Российской Федерации и реализации инфраструктурных проектов Министерства по развитию Дальнего Востока и Арктики. – В связи с этим рост энергопотребления в регионе вдвое превышает среднероссийские показатели. Только за последние пять лет были подключены крупные промышленные потребители общей мощностью свыше одного гигаватта. Среди них – Амурский газохимический комплекс, Малмыжский горно-обогатительный комбинат, Озёрный горно-металлургический комбинат и Удоканский горно-металлургический комбинат. По каждому из этих проектов принимались сложные решения, связанные как с созданием сетевой инфраструктуры, так и с обеспечением дополнительной генерации.
Ещё в 2023 году было дано поручение разработать программу развития электроэнергетики. В текущем году работа активизировалась, и совместно с Министерством энергетики такая программа была подготовлена. Она сосредоточена на трёх ключевых направлениях. Первое – повышение эффективности использования существующих энергетических мощностей, что открывает значительный потенциал для высвобождения ресурсов под новые проекты. Второе – оперативное устранение дефицита мощностей, в том числе через создание экономических условий для возведения крупными промышленными потребителями собственных генерирующих объектов с компенсацией инвестиционных затрат. Третье – формирование долгосрочных перспектив развития электроэнергетики макрорегиона после 2030 года, направленное на становление экономики предложения.
В числе основных мероприятий программы на 2026 год определены меры, нацеленные прежде всего на повышение надёжности и эффективности энергетической системы. Отдельно стоит отметить задачу, которую решает Министерство по развитию Дальнего Востока и Арктики. Мы осознаём существующие вопросы, связанные с созданием генерирующего оборудования, в частности газовых турбин. В настоящее время ведётся работа по привлечению зарубежных партнёров к локализации производства на территории Дальневосточного федерального округа с использованием механизмов территорий опережающего развития. Предполагается, что это будет способствовать скорейшему вводу новых генерирующих мощностей.
Прибавка надбавки
Мы, как антимонопольная служба, стремимся рассматривать не только вопросы строительства новой генерации на территории Дальнего Востока, но и обсуждать тарифные последствия, которые ожидают потребителей регионов, – подчеркивает Максим Полянов, заместитель начальника Управления регулирования электроэнергетики ФАС России. – Всем очевидно, что возведение новых генерирующих мощностей неизбежно сопряжено с определенными расходами. Эти расходы, в зависимости от применяемых механизмов, оплачиваются либо потребителями основной территории страны, либо ложатся локальным бременем на потребителей Дальнего Востока. В этой связи мы решительно приветствуем инициативы по продлению механизма дальневосточной надбавки. Данный механизм, действующий с 2017 года, играет ключевую роль. Он способствовал росту того показателя, который упоминал Пётр Петрович: динамика электропотребления на Дальнем Востоке превышает аналогичный показатель на основной территории страны.
Проведенный нами анализ показывает, что в среднем по регионам динамика выше на 2,3 процента. Это объясняется, во-первых, действием механизма дальневосточного выравнивания цен для потребителей до уровня среднероссийской цены. В этой связи поступило новое поручение Президента Российской Федерации о продлении механизма дальневосточной надбавки до 2035 года. Суть предложения, озвученного главой государства и поддержанного им, заключается в выделении 30 миллиардов рублей. Средства, рассчитанные на 2025 год, распределяются в пропорции 50 на 50: половина направляется на строительство и модернизацию генерации, а половина – на поддержку тех потребителей, которых регионы сочтут необходимым поддержать. Важно подчеркнуть значимость такого разделения. Мы понимаем, что на строительство новой генерации поступит лишь 15 миллиардов рублей. Это небольшая сумма, поэтому потребуется изыскивать дополнительные источники финансирования. Однако не менее важен вопрос сдерживания тарифов для потребителей. Если в 2025 году на сдерживание тарифов было направлено 30 миллиардов рублей, то к 2028 году эта сумма сократится до 15 миллиардов. Это свидетельствует о том, что поддержка дальневосточной надбавки в отношении потребителей снизится вдвое. В связи с этим мы хотели бы обозначить масштабную работу, которую предстоит провести не только федеральным органам исполнительной власти, но и регионам. Регионам предстоит выбрать категории потребителей, которых они намерены поддерживать с помощью дальневосточной надбавки.
В настоящее время данный механизм регламентирован постановлением Правительства. В нем закреплен перечень поддерживаемых потребителей, который ежегодно сокращается. Мы призываем с 2028 года выработать новый механизм. Регионы уже активно включились в этот процесс. Например, Республика Саха (Якутия) заслуживает благодарности за активную позицию: её представители высказывают мнение о необходимости поддержки бюджетных потребителей. В то же время представители Чукотского автономного округа полагают, что следует поддерживать различные сферы бизнеса. Мы не имеем возражений по данному вопросу. Совместно с коллегами из Министерства энергетики Российской Федерации и Министерства развития Дальнего Востока будем настаивать на том, чтобы регионы самостоятельно определяли категории потребителей, которым необходима поддержка. Это первый важный момент.
Второй ключевой момент касается определения базовой цены, на которой мы в настоящее время останавливаемся. Дальневосточная надбавка снижает цену до уровня среднероссийской. Мы предлагаем отойти от среднероссийской цены и провести консультации с регионами относительно желаемой величины снижения тарифа для потребителей субъектов Российской Федерации. Возможно, данный тариф будет дифференцирован. Допустим, мы намерены в большей степени поддержать бюджетных потребителей и в меньшей – бизнес. Таким образом, мы открыты и готовы рассматривать различные сценарные условия на 2028 год, касающиеся приведения тарифов к базовому уровню.
Касательно инвестиций, мы, как орган исполнительной власти, осуществляющий контроль за деятельностью регулируемых организаций, провели анализ деятельности ПАО «РусГидро». В среднем на 2026 год «РусГидро» планирует направить на инвестиции на территории Дальнего Востока порядка 15,5 миллиарда рублей из источников финансирования инвестиционных программ. Это составляет около 15 процентов от всех расходов от необходимой валовой выручки дочерних обществ ПАО «РусГидро». Важно отметить, что данная величина сопоставима с объемом средств, который будет направляться на инвестиции с 2028 года.
В части инвестиций мы ведем дискуссию с коллегами из Министерства энергетики о принципах отбора инвестиционных проектов для реализации на Дальнем Востоке в сфере малой и локальной генерации. У нас утверждена программа развития локальной генерации на уровне Правительства Российской Федерации. Мы прорабатываем механизмы доведения этих средств до инвесторов. Либо это действующий механизм, при котором «РусГидро» получает средства на оптовом рынке, затем передает их соответствующему правительству субъекта, которое проводит конкурсы на строительство локальной генерации и перечисляет деньги инвесторам. Мы поддерживаем данный подход.
Крайне важно избежать любых дискриминационных перекосов. Все процедуры должны проводиться на торгах, на конкурентной основе. Полагаю, что совместно с коллегами из Министерства энергетики и Министерства по развитию Дальнего Востока и Арктики мы справимся с этой задачей. До 2028 года у нас есть время, поэтому текущий и следующий год будут посвящены разработке новых нормативно-правовых актов, касающихся действия Дальневосточной надбавки и повышения инвестиционной привлекательности регионов Дальнего Востока.
Для баланса нужны финансы
– Несколько принципиальных аспектов, которые необходимо осознавать при обсуждении Дальневосточного федерального округа: фактически речь идет о шести различных энергосистемах, и в каждой из них мы решаем задачу поддержания баланса, – напоминает Фёдор Опадчий, председатель правления АО «Системный оператор Единой Энергосистемы». – Почему шесть? Во-первых, Забайкалье и Бурятия являются частью энергосистемы Сибири. Министерство по развитию Дальнего Востока озвучивало цифру ввода угольной генерации в 3,5 гигаватта. Мой показатель – 2,30 гигаватта, поскольку мы решаем проблему юго-восточной части Сибири. Там возводится 1,3 ГВт угольной генерации в Иркутске, однако электрически это закрывает дефицит юга Иркутской области, Забайкалья и Бурятии. То есть в этом смысле цифры сходятся – вопрос лишь в методике подсчета. Административно не следует исключать Иркутск из электрического баланса: это общий баланс, который мы выравниваем. Действительно, приняты все решения, включая последнюю станцию мощностью 1050 мегаватт и линию постоянного тока, которая, при наличии необходимого резерва, должна решить проблему, в том числе для Забайкальского края и Бурятии.
Хотел бы подчеркнуть: мы говорим об опережающем росте. С начала текущего года климатический фактор внес свою лепту – по стране была холодная зима, поэтому потребление в целом возросло. В целом по энергосистеме на вчерашний день рост составил 1 процент относительно прошлого года. Однако если взять Забайкальский край, показатель достигает 8,7 процента, Бурятия – 4,2 процента. Это данные по электроэнергии накопительным итогом с начала года. Понятно, что на более длительных интервалах цифры меньше различаются, но фактически мы наблюдаем реализацию новых инвестиционных проектов. Мы видим 8 и 7,5 процента – то есть значительный рост. Далее: Объединённая энергосистема Востока с начала года растет на 3,7 процента. При этом в Хабаровске прирост составляет 9,3 процента, что связано с реализацией Малмыжского горно-обогатительного комбината.
Амурская область показывает 4,3 процента благодаря газохимии. В принципе, эти цифры укладываются в прогноз, который в прошлом году мы превысили всего на полпроцента от пятипроцентного расхождения между Схемой и программой развития электроэнергетики и фактическими данными. То есть развитие экономики было учтено достаточно точно. Цифры значительные, но под них – это визуально заметно на слайде – уже принято большое количество решений; мы ожидаем их реализации. В этом смысле в нашем плане всё благополучно. На время строительства, безусловно, ключевым фактором является надёжная работа оборудования, которая должна обеспечить покрытие как пиковых мощностей, так и объёмов электроэнергии. В этом контексте, когда мы говорим о поставках из Китая, мы подразумеваем, что это единственная энергосистема, взаимодействующая с нами, с которой у нас нет договоров об аварийной взаимопомощи. С Центральной Азией и Белоруссией у нас заключены такие договоры, позволяющие оказывать взаимную поддержку, и существуют соответствующие процедуры. С Китаем пока действует поставочный контракт. Мы предлагаем просто предусмотреть такую возможность и для китайских коллег, и для нас – полностью завершить оформление взаимодействия двух энергосистем, чтобы иметь возможность взаимного резервирования.
Иной вопрос пока не стоит. В Объединённой энергосистеме Востока у нас есть локальные дефициты. Все предложенные решения направлены на покрытие киловатт-часов в целом по ОЭС Востока и на устранение локальных проблем. Например, в Якутии принято решение о продлении сроков новой стройки; это касается Хабаровского края и Приморья, где нам действительно необходимы 213 мегаватт. Наиболее быстрое решение – накопитель, хотя здесь прозвучали и блок на Хабаровской ТЭЦ, и вариант на Шкотовской. Встает вопрос: газ, уголь, сроки. Угольную станцию за три года в реальности не построить. Получается, что в 2033 году мы ждём от коллег информации о продвижении. Многие наши решения привязаны к вводу Приморской АЭС. Мы не можем бесконечно продлевать работу оборудования. Сейчас необходимо инвестировать в продление срока эксплуатации – как мы, например, делаем на Артёмовской ТЭЦ в Якутии. Но всё это – чтобы дожить до ввода первого блока мощностью 1000 мегаватт, а затем и второго. В этом смысле первый блок АЭС решает наши насущные текущие проблемы. По сути, значительная часть этой мощности пойдет на возможность вывода старых мощностей, плюс – на покрытие прироста потребления. Поэтому мы исходим из того, что второй блок на Приморской АЭС безусловно необходим. Кроме того, существует технологическая и экономическая логика: один блок построить невозможно. Далее: у нас есть оперативные вопросы, относящиеся к периоду 2030–2031 годов; они практически решены.
Есть вопрос за горизонтом 2031–2035 годов. Это генеральная схема размещения объектов электроэнергетики. Там предусмотрено строительство гидрогенерации, однако механизмы пока не определены, стройка не начата. Возможно, в этом году мы начнем актуализацию генсхемы, которая к концу следующего года должна быть утверждена правительством в рамках регулярной процедуры пересмотра. Часть решений может измениться; возможно, Хабаровская АЭС получит приближение сроков, поскольку мы активно прорабатывали этот вопрос. Если учесть перспективы инвестиционных проектов, то её ввод видится как минимум к 2037 году – при условии, что новые инвестиционные проекты, которые пока не оформлены в виде технических условий и не попадают напрямую в прогноз, будут учтены. А при их учете Хабаровская АЭС становится востребованной раньше, чем указано в текущей генсхеме. Идёт активный диалог; время у нас есть, потому что, повторюсь, основные усилия сосредоточены на Приморской АЭС в 2033 году, и многое завязано на это решение.
Что касается изолированных энергосистем. Это четыре системы, которые, как я уже сказал, требуют отдельного внимания и отдельного покрытия дефицитов. Сейчас разрабатывается нормативная база, которая должна ввести оптимизированные требования по резерву в энергосистеме. В настоящее время мы исходим из необходимости иметь два блока для гарантированного прохождения пиковых нагрузок. Однако сейчас предлагается с учетом всех оптимизационных вопросов учитывать один наиболее крупный энергоблок. В этом смысле мы сможем строить меньше в изолированных энергосистемах. Когда такая нормативная база выйдет, у нас останется вопрос по Чукотке, где сложная ситуация с собственной генерацией потребителей. Нужно найти ответ: должны ли мы резервировать те мощности потребителей, которые уже зарезервированы собственной генерацией? Вопрос скорее экономический, но ответить на него необходимо. Если нет, то требуется построить 24 мегаватта. Соответственно, Сахалин растёт; ему всё равно требуется построить порядка 100 мегаватт, даже с учетом единичного энергоблока. Мы работаем над этим. В средне-срочной перспективе объемы в мегаваттах невелики, но существуют сложности с механизмом – в частности, с дальневосточной надбавкой, поскольку стандартные механизмы договоров поставки мощности неприменимы для изолированных энергосистем. В целом, у нас закрыты значительные – пожалуй, самые крупные инвестиции по территории страны – для решения проблем дефицитов на Дальнем Востоке. Эти решения есть.
Необходимо обеспечить бесперебойную работу оборудования. И буквально два слова о сетях. В этом году реализован очень важный проект – линия 500 кВ «Приморская ГРЭС – Варяг», что к этой зиме в значительной степени решило проблемы Приморья. Есть сетевое решение для Комсомольского района; оно принято, но сетевой компании необходимо найти средства в тарифах и инвестиционной программе для его реализации. Это решение эффективнее, чем развитие генерации; запасы мощности для такого подхода имеются, но требуется принять соответствующее тарифное решение.
Все ждут мирный атом
– На прошлом совещании я достаточно подробно рассказывал о развитии атомной генерации во исполнение генеральной схемы размещения объектов электроэнергетики до 2042 года, – напомнил первый заместитель генерального директора по сбыту, бизнес-развитию и энергетической политике концерна «Росэнергоатом» Александр Хвалько. – Подчеркну, что перед нами стоит крайне серьёзная задача: строительство и ввод в эксплуатацию 38 энергоблоков к 2042 году, что позволит достичь доли атомной генерации на рынке электроэнергии и мощности страны до 24 процентов. В контексте обсуждаемой темы, а именно размещения атомной станции в Дальневосточном федеральном округе, порядка 30 процентов потребления региона будет обеспечено атомной генерацией. Два ключевых объекта, вызывающих сейчас наибольший интерес и обсуждение, – это Приморская и Хабаровская атомные станции. Сооружение Приморской атомной станции находится на личном контроле Президента России. В соответствии с генеральной схемой ввод первого блока Приморской АЭС запланирован на 2033 год, второго – на 2035 год. Месторасположение, согласно схеме территориального планирования, – Уссурийский городской округ Приморского края. Для реализации выбран проект с реактором ВВЭР-1000 — по таким установкам накоплен огромный опыт эксплуатации аналогичных реакторов на Балаковской и Калининской АЭС.
Что было сделано? В феврале состоялась рабочая встреча с губернатором Приморского края во Владивостоке, в ходе которой обсуждались первоочередные шаги по реализации проекта сооружения Приморской атомной станции. Уже в мае прошлого года был утверждён график первого уровня строительства энергоблоков № 1 и № 2. В июне утверждена декларация о намерениях инвестирования в строительство. Почему я об этом рассказываю? Было определено четыре перспективные площадки, включая площадку «Раздольная» в Уссурийском городском округе. Изначально приоритетной считалась площадка «Фокино», однако в августе 2025 года мы получили ответ от Министерства обороны о нецелесообразности сооружения объектов атомной генерации в запретной зоне Вооружённых сил Российской Федерации, расположенной в ЗАТО Фокино. Наступила небольшая пауза, но в октябре мы выполнили перебазирование техники и начали проведение инженерно-изыскательских работ на новой площадке – «Раздольная», а также формировали материалы для обоснования лицензии на размещение. В феврале этого года инженерные изыскания по ОБИН (обоснование безопасности и инвестиций) выполнены в полном объёме. Земельные участки на площадке «Раздольная» находятся в границах муниципального образования Уссурийский городской округ, включая земли сельскохозяйственного назначения и земли лесного фонда. 20 марта мы подали заявку в администрацию Уссурийского городского округа на предоставление земельного участка площадью 38 гектаров. Планируемый срок предоставления – 10 апреля 2026 года, и, по сути, мы его получили. Мы провели итоговое совещание, посвящённое, в том числе, проблеме оперативного оформления земельных участков; были даны рекомендации в адрес правительства, госкорпорации «Росатом», Министерства природных ресурсов, Россельхоза и других ведомств. Задача одна – заключить договор аренды до конца текущего года, и мы над этим работаем. 25 марта разработанные материалы обоснования лицензии были направлены в Уссурийский городской округ для проведения общественных слушаний. Вчера общественные слушания по первому и второму блокам прошли достаточно успешно; каких-либо существенных проблем не возникло. Я сам принимал участие в качестве слушателя.
Что находится в работе сейчас и какова техническая ситуация на сегодня? На площадке мы осуществляем гидрологический, метеорологический и технологический мониторинг – это стандартная процедура. Об общественных слушаниях повторяться не буду. В мае планируется выход на утверждение ОБИН, в апреле-мае – заключение договора генерального подряда на выполнение строительно-монтажных работ. В сентябре этого года должна начаться разработка проектной документации и выполнение первоочередных строительно-монтажных работ. В декабре 2027 года планируется начало работ основного периода – первый бетон. Вот, собственно, по данному блоку.
По Хабаровской атомной станции скажу коротко. Предусматривается сооружение двух блоков: ввод первого блока запланирован на 2041 год, второго – на 2042 год. Тип реактора – ВВЭР-С 600, для нас это достаточно новый тип, реактор средней мощности с элементами спектрального регулирования. Он разработан в рамках технологии эксплуатации ВВЭР и позволяет работать в замкнутом ядерном топливном цикле с применением уран-плутониевого топлива. По Хабаровской атомной станции, как уже упоминал Фёдор Опадчий, имеется обращение губернатора в госкорпорацию о более раннем вводе в эксплуатацию энергоблоков, а также о возможном увеличении их мощности. Пока предусмотрен ВВЭР-600. Администрация Хабаровского края уведомила нас о прогнозе потребления электроэнергии на территории края, превышающем утверждённые показатели при разработке генеральной схемы 2042 года. В настоящий момент мы находимся на стадии верификации дополнительного объёма этого прогноза потребления с участием Министерства экономического развития, Министерства энергетики и Системного оператора. Порядок верификации был задан в протоколе Министра энергетики в конце 2025 года. Госкорпорация готова к реализации проекта в более ранние сроки относительно параметров генеральной схемы 2042 года при условии завершения верификации и получения соответствующего подтверждения. Основной механизм финансирования строительства атомных станций остаётся прежним – договор о предоставлении мощности (ДПМ). Потребитель, по сути, в определённой части авансирует строительство. В этом отношении ничего не изменилось с момента введения рынка мощностей.
Вода камень точит
– РусГидро является ключевым производителем электрической и тепловой энергии в Дальневосточном федеральном округе, осуществляя свою деятельность в девяти субъектах ДФО, – отмечает Константин Янко, директор Департамента стратегии и перспективного развития ПАО «РусГидро». – На Дальнем Востоке компания эксплуатирует более 560 объектов электрической и тепловой генерации совокупной электрической мощностью 12,9 ГВт и тепловой мощностью 18,8 тыс. Гкал/ч. Доля выработки электроэнергии группы «РусГидро» на территории ДФО составляет порядка 85 %, в сегменте теплоснабжения – 52 %. В настоящее время по поручению государства «РусГидро» реализует масштабную инвестиционную программу с объёмом финансирования свыше 1 трлн рублей. Текущий год станет пиковым по объёмам капитальных вложений: 75 % действующих инвестиционных программ приходится на проекты Дальнего Востока, что составляет 789 млрд рублей. Мы реализуем крупные проекты тепловой генерации – шесть станций общей мощностью 22,1 ГВт и 2,7 Гкал/ч. Совокупная стоимость этих проектов оценивается в 894 млрд рублей, их завершение запланировано на период с 2026 по 2028 год.
Сетевые компании группы «РусГидро» активно ведут работу по технологическому присоединению новых потребителей к электрическим сетям. Только в 2026 году по заключённым договорам планируется присоединить потребителей общей мощностью 837 МВт. Среди наиболее крупных объектов – подключение дата-центра «Магадан» в Магаданской области мощностью 150 МВт, а также жилых микрорайонов в Приморском крае, городе Хабаровске и городе Петропавловске-Камчатском общей мощностью более 75 МВт.
Мы выполняем ряд программ по повышению надёжности тепловых электростанций, а также по модернизации, реконструкции и повышению надёжности электросетевого комплекса региона ДФО, в первую очередь в Приморском крае, на Сахалине и в Республике Саха (Якутия). Общая потребность в финансировании превышает 180 млрд рублей, из которых более 50 млрд рублей не обеспечено источниками. В целях замещения импортных газотурбинных установок в 2026 году будет завершено строительство двух газовых турбин мощностью по 25 МВт на Якутской ГЭС «Новая», а в 2027 году – на Южно-Сахалинской ТЭЦ-1. Устанавливаемые турбины полностью российского производства. Важно отметить, что проекты замещения газотурбинного оборудования реализуются за счёт собственных и заёмных средств, при этом механизм возврата инвестиций отсутствует.
Кроме того, на удалённых территориях Якутии и в изолированных энергосистемах Сахалина проводится системная работа по модернизации локальной энергетики с применением современных решений. Создан новый технологический уклад на основе автоматизированных гибридных энергокомплексов, которые сочетают применение эффективных дизельных генераций совместно с возобновляемыми источниками энергии под управлением интеллектуальной автоматизированной системы. Уже введено в эксплуатацию 17 таких комплексов общей мощностью 43,5 МВт. Результат – сокращение расхода топлива на 30 % и сдерживание темпов роста тарифов. В планах на 2026 год – строительство четырёх комплексов общей мощностью 9,4 МВт в Республике Саха (Якутия). На сегодняшний день выполнение программы существенно замедлилось в связи с отказом части инвесторов от участия в ней из-за резкого роста ключевой ставки Центрального банка с 8,5 % до 21 %.
Генеральной схемой размещения объектов электроэнергетики до 2042 года на территории ДФО предусмотрен ввод в эксплуатацию пяти гидроэлектростанций общей мощностью 3,2 ГВт: Нижнезейской ГЭС – 428 МВт, Нижне-Ниманской ГЭС – 360 МВт, Канкунской ГЭС – 1 ГВт, Мокской ГЭС – 1,2 ГВт, Ивановской ГЭС – 210 МВт, а также Приморской гидроаккумулирующей электростанции мощностью 600 МВт. В 2026 году «РусГидро» завершает проектирование Нижнезейской ГЭС: уже выбран створ для будущей станции, определена площадка размещения, ведётся работа по подготовительным мероприятиям и строительству инфраструктуры. Однако до настоящего времени вопрос по источникам финансирования и механизмам возврата инвестиций не решён. Кроме того, требуется решение вопроса создания водохранилищ как объектов федеральной собственности. Совместно с Министерством энергетики мы ведём работу по данному вопросу, в том числе в части изменения нормативных документов.
Отдельный вопрос – покрытие энергодефицита в изолированных энергосистемах. Сейчас разрабатываются проекты по строительству второй и третьей очереди Сахалинской ГРЭС-2 мощностью 280 МВт. Арктическая ТЭС на Чукотке мощностью 49 МВт. Развиваются геотермальные технологии на Камчатке с использованием бинарного цикла – это Мутновские геотермальные электростанции общей мощностью 83 МВт. При этом в территориально изолированных энергосистемах отсутствует рыночный механизм ценообразования на электрическую энергию и мощность, а также соответствующие механизмы гарантированного возврата инвестиций в строительство и модернизацию объектов генерации. Дополнительно хочу отметить, что в качестве быстрых мер по минимизации энергодефицита на востоке страны правительством принято решение о целесообразности продления эксплуатации существующих объектов генерации: Артёмовской ТЭЦ – 200 МВт, Якутской ГРЭС – 43 МВт, а также импортных газотурбинных установок на Восточной ТЭС – 93 МВт и Якутской ГЭС «Новая» – 123 МВт. Однако на сегодняшний день механизм финансирования мероприятий по продлению эксплуатации выработавшего парковый ресурс оборудования ТЭС не определён. Для определения источников финансирования и механизма возврата инвестиций необходимы изменения нормативных правовых актов.
Расставляем сети
– В «Россетях» мы активно продолжаем развитие электросетевого комплекса Дальнего Востока. В период с 2026 по 2029 год объём инвестиций составит порядка 360 миллиардов рублей, – сообщает Александр Корнеев, начальник Департамента технологического присоединения и развития инфраструктуры ПАО «Россети». – Будет построено и введено в эксплуатацию более 7 000 километров линий электропередачи и 3 ГВт трансформаторной мощности. В настоящее время завершаем и финализируем все работы по проекту БАМ-2, реализуем крупные технологические присоединения, а также ведём работы по обеспечению выдачи мощности станции – порядка четырёх ГВт, чуть более. Кроме того, в нашей работе находятся восемь заявок на технологическое присоединение объектов возобновляемых источников энергии (ВИЭ), и рассматриваются три схемы выдачи мощности объектов ВИЭ суммарной мощностью порядка 2,5 ГВт.
Документами перспективного развития электроэнергетики предусмотрено объединение энергосистем Сибири и Востока на совместную работу, что является вторым этапом интеграции. Речь идёт о строительстве передачи постоянного тока – об этом сегодня говорили, – а также о повышении надёжности электроснабжения потребителей районов Хабаровского края, в частности по линиям 500 кВ «Хабаровская» и «Комсомольская». Данные объекты в настоящее время включены в проект инвестиционной программы с финансированием в объёме проектно-изыскательских работ. Действительно, остаётся открытым вопрос определения источников финансирования для реализации строительства. Для масштабных сумм требуется принятие тарифных решений. «Россети» предлагали механизмы договоров предоставления мощности (ДПМ) для сетевой инфраструктуры.
В настоящее время мы также ведём работу в сетевом комплексе на территории Республики Бурятия и Забайкальского края. Там наши дочерние территориальные сетевые организации (ТСО) выполняют мероприятия по технологическому присоединению потребителей. На этих двух субъектах в плане реализации договоров технологического присоединения с 2026 по 2030 год предусмотрено более 37 000 договоров на общую мощность порядка 1,9 ГВт. Сдерживающим фактором реализации технологических присоединений в Забайкалье остаются мероприятия, в том числе связанные с усилением сети Единой национальной электрической сети (ЕНЭС). Это строительство передачи постоянного тока от подстанции «Итактская» – «Камала-1» до новой подстанции в юго-восточной части Сибири. Данное решение позволит обеспечить пропускную способность более полутора тысяч мегаватт. В отлагательных условиях для этих потребителей сейчас включается тот объём генерации, о котором сообщил Фёдор Опадчий. Все перечисленные вопросы также требуют решения по определению источников финансирования.
Остались вопросы
– Позвольте обозначить ряд проблемных вопросов, – включился в дискуссию сенатор Виктор Калашников. – Федеральная антимонопольная служба затронула вопрос продления дальневосточной надбавки. Это серьёзный механизм. Президент зафиксировал решение: надбавка должна быть продлена. Половина средств идёт на выравнивание тарифов, другая половина – на модернизацию локальной генерации. Прозвучало, что до 2028 года ещё далеко, но, как вы, энергетики, знаете лучше других, инвестиционные лаги и предварительная работа требуют серьёзного упреждения. У субъектов, у регионов есть вопросы по реализации этой программы, утверждённой, если я верно помню, Александром Новаком. Из доклада ФАС я понял, что механизм до конца неясен. Хотелось бы зафиксировать в рекомендациях определение ответственного федерального органа – либо Минэнерго России, либо Минвостокразвития. Полагаем, что в любом случае необходимо участие Минэнерго как профильного министерства, а также Минвостокразвития, координирующего развитие макрорегиона «Дальний Восток». Передавать субсидии региону с формулировкой «дальше разбирайтесь сами с программой локальной генерации» – неправильно. Следует пойти по пути определения одного или двух квалифицированных операторов, которые профессионально, подчеркну, отработают эту программу, чтобы не получилось, что оборудование установлено непонятное. Необходимы источники финансирования и возврат инвестиций. Легко всё переложить на субсидии региональных бюджетов, но у них хватает обязательств: школы, ремонты и прочее. Предлагаю отдельно зафиксировать в рекомендациях вопрос начала обстоятельной подготовки и реализации программы локальной генерации с использованием, прежде всего, 50% источников продлеваемой дальневосточной надбавки.
Вопрос дефицита на период 2029–2031 годов решён, в том числе продлением ресурса станций (была названа цифра более 500 МВт). Для этого периода такие решения необходимы. Новое строительство дорого: атомная станция возводится 8–10 лет, тепловая генерация – около 8 лет. У нас, считай, уже 2026 год на дворе. Поэтому необходимо провести корректировку генеральной схемы до 2042 года. Предложения, прозвучавшие от ПАО «РусГидро» и ПАО «Россети», касаются источников финансирования, однако чёткого механизма пока нет. Я ознакомился с итогами отбора по новой станции в Чите, Забайкалье, мощностью 1 050 МВт. Цифра капитализирована: около 8,2 млн рублей за МВт тепловой генерации, то есть примерно 10 000 долларов за киловатт. Всё это распределяется на потребителя. Вопрос оптимизации стоимости крайне непрост. В изолированной энергосистеме механизма нет вообще – ни ДПМ, ни ценовых зон, только коммерческая модель, как я понял. Я бы поддержал предложение ПАО «Россети» в отношении ДПМ для сетей. Большое сетевое строительство требует таких механизмов; из ниоткуда они не возьмутся. Вопрос корректировки генеральной схемы по Дальнему Востоку и СиПР (они корректируются ежегодно) подводит нас к более фундаментальным вещам.
Тяжёлый вопрос, судя по опыту Хабаровского края, – баланс котельно-печного топлива. Тянется годами тяжелейшая тема с поставками природного газа. Решения нет. Нет утверждённого баланса газа по Хабаровскому краю. Без баланса хотя бы до 2035 года никто не будет строить блоки. При этом на Дальнем Востоке добывается более 120 миллионов тонн угля – это мощный угледобывающий регион. Нужны чёткие, ясные решения по строительству тепловой генерации именно на угле. Это, скорее, задача корректировки генеральной схемы. Утверждённый баланс котельно-печного топлива для станций – это не просто аналитические разработки, а чёткий правовой механизм. Мы, со стороны Совета Федерации, предлагаем рассмотреть такой вопрос. Он непрост, но он однозначно существует.
Кроме того, если я верно помню перечень поручений президента по итогам Восточного экономического форума, необходимо рассмотреть вопрос о станциях, которые предприятия строят сами (ранее назывались блок-станциями). Это тоже вклад. Сейчас они строятся по желанию, без ДПМ и прочих механизмов. Как предложение – рассмотрите вопрос участия таких источников в общей программе.
– Я представляю Республику Саха (Якутия), о которой сегодня уже неоднократно говорили. Это регион, уникальный по своей территории. Для наглядного сравнения: если в европейской части России расположено пятьдесят шесть субъектов, то территория Якутии сопоставима с пятьюдесятью двумя из них, – отмечает сенатор Егор Борисов. – На этой колоссальной площади нам предстоит осваивать полезные ископаемые, размещённые крайне неравномерно. Углеводороды сосредоточены на юго-западе, твёрдые полезные ископаемые – в Арктике, иные ресурсы – на юге Якутии. Именно развитие этих территорий необходимо для обеспечения сырьевой безопасности нашей страны.
Какие же проблемы могут возникнуть в перспективе, учитывая нынешний контекст? Отрадно, что проделана огромная работа по формированию перспективных направлений. Однако, во-первых, разработанные на сегодня проекты не соответствуют задачам, поставленным Президентом Российской Федерации. К примеру, глава государства поручил ускоренно осваивать редкоземельные металлы. В Якутии расположено крупнейшее в мире месторождение ниобия – Томторское. Но решение, необходимое для скорейшего запуска работ, в том числе по энергообеспечению, до сих пор не принято, и перспектив его не видно. Подобных несоответствий для Якутии достаточно много. Южная Якутия ставит задачи по освоению железных и апатитовых руд, а также уранового месторождения, которое уже долгие годы простаивает. Между тем энергетическая инфраструктура для этих проектов отстаёт на десятилетия. Это первая проблема, которую необходимо пересмотреть при обсуждении стратегических вопросов.
Во-вторых, вопрос тарифов. Мы говорим о развитии энергетики, но ключевой составляющей затрат будущего для потребителей являются тарифы. В докладе «РусГидро» прямо указано, что это один из главных факторов, сдерживающих развитие энергетики. По какой цене электроэнергия будет продаваться в будущем? Пять лет назад в Республике Саха тариф для бюджетных и коммунальных потребителей составлял 5,60 рубля за киловатт-час. Сегодня, спустя пять лет, этот тариф достиг 69,30 рубля. При таких темпах роста строительство новой энергетики станет непосильным бременем для экономики. Кто согласится инвестировать в условиях столь высоких издержек? Это второй момент.
В-третьих, необходимо искать дешёвые виды энергетики. Сегодня рассматриваются атомная, угольная, тепловая и гидроэнергетика. Однако именно гидроэнергетика должна стать преобладающей, так как ресурсы для неё на Дальнем Востоке имеются в избытке. Перспективная Канкунская ГЭС мощностью 1 ГВт будет построена на правых притоках реки Алдан – реках Тимтон и Учур, которые расположены близко друг к другу. Там возможно строительство целого каскада гидроэлектростанций. Гидроэнергетика в России остаётся самой дешёвой. Возможно, стоит ещё раз сосредоточиться именно на этом направлении. Это третий момент.
В-четвёртых, когда Сергей Евгеньевич отчитывался в верхней палате парламента, я задавал вопрос о локальной энергетике. Это самый затратный сегмент в стране. Полноценного ответа я не получил ни тогда, ни сегодня. На севере и в Арктике работают 120 дизельных электростанций. Конкретное решение по их замене не принято. Идут испытания, эксперименты. Строится экспериментальная малая атомная станция в районе Усть-Янска, но гарантий её успешной работы и тиражирования на Арктику нет. Комбинированные решения – ветер с дизелем или солнечная энергетика с дизелем – также представляют сложность. Определённое снижение тарифов есть, но конкретных, воспроизводимых результатов пока не получено.
Таким образом, все направления, разработанные столь ёмко, необходимо детализировать, чтобы понять, насколько они реализуемы в будущем. Особое внимание хотел бы обратить на текущие проблемы объединения энергорайонов. Якутия включает четыре вида энергорайонов. Центральная и Западная Якутия должны быть объединены в обязательном порядке: там строится новая энергетика, и для взаимной страховки требуется единая инфраструктура. Стратегии такого объединения я пока не видел. Основываясь на своём опыте работы в энергетической сфере, настаиваю на том, чтобы эти детальные вопросы нашли ответы и легли в основу решений на будущее.
– Позиция Республики Саха (Якутия) относительно срока действия механизма выравнивания тарифов до 2035 года предполагает, во-первых, фиксацию размера субсидии на уровне 2025 года отдельно для каждого субъекта Дальневосточного федерального округа, – уточняет сенатор Сахамин Афанасьев. Во-вторых, предлагается определить новую категорию потребителей, для которых на территории Дальнего Востока, начиная с 2028 года, тарифы доводятся до базовых уровней. Речь идет об объектах социальной инфраструктуры. В-третьих, в части продления механизма выравнивания тарифов до 2035 года предлагается закрепить размер субсидии на уровне 2025 года индивидуально для каждого субъекта Дальневосточного федерального округа. Дополнительно необходимо установить новую категорию потребителей – объекты социальной инфраструктуры, для которых с 2028 года тарифы приводятся к базовым уровням. И, наконец, в-четвертых, следует рассмотреть вопрос о предоставлении субъектам Дальнего Востока права самостоятельно определять параметры доведения тарифов до базового уровня для указанной категории потребителей в пределах 50 процентов от утвержденной суммы субсидии по субъекту.
