Президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей-экспортёров Герман Зверев рассказал об итогах работы рыбохозяйственных предприятий в 2025 году и планах развития отрасли
Рынок ищет ищет где глубже
– Подводить итоги работы в отрасли целесообразно, исходя из чёткого понимания её многоукладности, – отметил Герман Зверев. – Рыбная отрасль состоит из нескольких самостоятельных производственно-экономических укладов, каждый из которых определяется конкретным видом водных биологических ресурсов, применяемыми орудиями лова, используемым перерабатывающим оборудованием и сезонным календарём промысла. Следовательно, объективная и точная оценка состояния дел не может быть единообразной для всей отрасли; её необходимо проводить по отдельным сегментам. Всего их девять.
Первый и наиболее значимый по объёму вылова – минтаевый. В минувшем году объём добычи минтая превысил 2 млн 172 тыс.т, что почти на 12% больше показателя 2024 года. Это весьма положительный результат. Помимо роста физических объёмов, мы наблюдаем значительное увеличение производства продукции глубокой переработки, такой как филе и сурими. Неслучайно на внешнем рынке финансовые результаты минтаевой индустрии в 2025 году оказались существенно выше, чем годом ранее: прирост экспортных поставок продукции из минтая составил более 40% – с примерно 1 млрд долларов в 2024 году до более 1,4 млрд долларов в 2025-м.
Второй ключевой уклад – тресковый, включающий треску, пикшу и путассу. К сожалению, этот сегмент в прошлом году находился в сложном положении, в первую очередь из-за существенного снижения общих допустимых уловов (ОДУ) трески. Напомню, что на сегодняшний день мировой ОДУ трески находится на самом низком уровне с 1991 года. В 2025 году допустимый улов, а следовательно, и добыча трески в северном бассейне сократились на 17%. Отчасти снижение компенсировалось хорошими показателями тихоокеанской трески, однако в целом этого оказалось недостаточно для поддержания финансовых доходов тресковой индустрии. Ситуация остаётся сложной, что подтверждается снижением экспортных показателей на 4% по сравнению с предыдущим годом.
Следующий – сельдевой сегмент. Здесь мы наблюдаем весьма значительный рост. Если учитывать основные виды – тихоокеанскую сельдь, атлантическую сельдь и кильку (о которой порой незаслуженно забывают), то общий вылов сельдевых в 2025 году составил почти 715 тысяч тонн. Это на 140 тысяч тонн больше, чем в 2024 году, когда совокупный вылов составил 575 тысяч тонн. Данный рост положительно сказался как на внешнем, так и на внутреннем рынке. Экспортные продажи сельди выросли со 75 млн долларов до 170 млн. На внутреннем рынке сельдь стала значительно доступнее: согласно аналитике, это самая подешевевшая рыба. Для сравнения: если в 1984 году килограмм солёной бочковой сельди стоил 1 рубль 10 копеек при средней заработной плате в 169 рублей, то сегодня его стоимость составляет порядка 250 рублей при средней зарплате в 98 тысяч рублей. Таким образом, доля затрат на килограмм сельди в среднемесячном заработке сейчас примерно в четыре раза ниже, чем в 1980-х.
Лососёвый сегмент. Минувший год для лососевых оказался существенно лучше 2024-го, который был признан худшим за последние 20 лет. В 2025 году добыча тихоокеанских лососей составила 335 тысяч тонн, что на 42% превысило уровень предыдущего года. Это положительно повлияло на внутренний рынок и способствовало росту экспортных поставок до 260 миллионов долларов против 210 миллионов в 2024 году.
Сегмент ракообразных, включающий крабов и креветок, демонстрирует неоднозначную динамику. Для потребителей здесь очевидны плюсы, для добытчиков – сложности. Согласно данным как отечественной отчётности, так и Международной продовольственной организации, поставки краба на внутренний российский рынок существенно возросли. На внешнем рынке также зафиксирован рост, поскольку объём вылова крабов в 2025 году превысил 95 тысяч тонн против 88 тысяч тонн в 2024 году. С финансовой точки зрения ситуация для производителей не столь радужна: прирост валютной выручки был обеспечен в основном за счёт наращивания физических объёмов экспорта. Однако для внутреннего потребителя есть очевидные преимущества: ассортимент и объёмы предлагаемой крабовой продукции на внутреннем рынке значительно расширились. Что касается креветки, то здесь сказать то же самое нельзя. Минувший год был сложным, особенно на севере и на Дальнем Востоке, существенного увеличения добычи не произошло.
Следующий ключевой сегмент – пелагические виды, к которым в первую очередь относится иваси (сардина). Это сегмент стал главным разочарованием года. Особенно обидно, что 2025-й – год столетнего юбилея промысла иваси в нашей стране. Первая масштабная промысловая экспедиция была организована ещё в 1925 году. Однако юбилейный год завершился крайне слабыми результатами: объём вылова составил лишь 57 тысяч тонн, что в десять раз меньше, чем 592 тысячи тонн в 2024 году. Это создало серьёзные финансовые проблемы для предприятий, задействовавших дорогостоящий крупнотоннажный флот. Существуют опасения, что ситуация аналогична произошедшему в 1981 году. Тем не менее, мы рассчитываем, что это временный сбой, и на основе научных данных, отслеживающих как минимум три предыдущих мощных всплеска численности, ожидаем восстановления высоких показателей вылова в течение ближайших пяти-шести лет.
Сегмент кальмара: также отмечено снижение, характерное не только для России, но и для мирового промысла (Аргентина, Европа). Вылов в российских водах сократился почти на треть: со 108 тысяч тонн в 2024 году до 76 тысяч тонн в 2025-м. Это серьёзный удар по предприятиям, которые инвестировали в специализированный флот и оборудование, рассчитывая на стабильные объёмы, особенно учитывая растущий потребительский спрос на кальмар, в том числе в индивидуальной упаковке.
Весьма значимый сегмент – донных рыб, прежде всего палтусов и камбал, показал неоднородную динамику. По камбалам произошёл рост с 61 до 71 тысячи тонн. Однако вылов палтусов снизился примерно с 15 тысяч тонн в 2024 году до 13 с небольшим тысяч тонн в минувшем. Наконец, сегмент внутренних водоёмов, включающий такие виды, как сазан, судак, щука, жерех и ёрш, продемонстрировал показатели, примерно соответствующие уровню 2024 года.
В финансовом измерении оборот отрасли составил 739 миллиардов рублей, показав прирост по сравнению с предыдущим годом. Темпы роста несколько увеличились, что даёт надежду на возвращение к динамике 2020-2023 годов. Однако более значимым индикатором является сальдированный финансовый результат (прибыль), поскольку именно он остаётся в распоряжении предприятий для развития. Минувший год по этому показателю также был успешным. Как можно понять из озвученных натуральных показателей, драйверами роста выступили сельдевой и лососёвый сектора. Но несмотря на почти двукратный рост прибыли по сравнению с 2024 годом, при учёте инфляции мы находимся примерно на уровне 2019 года. Таким образом, результат, обеспеченный несколькими сегментами, является хорошим, но нет уверенности в его долгосрочности и устойчивости. Аналогию можно провести с вулканами Камчатки: Корякская, Авачинская, Козельская, Вилючинская сопки – каждая стоит отдельно. Так и наш текущий успех может оказаться такой же изолированной «сопкой» на фоне 2025 года, поскольку в отношении 2026-го особого оптимизма пока нет.
Несмотря на разочарование с иваси, минувший год даёт робкую надежду на возможное возвращение в ближайшие годы такого вида, как сайра. В 2025 году в японской зоне её добыча превысила 65 тысяч тонн против 17 тысяч в 2024-м. Согласно научным данным, есть определённые признаки, позволяющие надеяться на восстановление и рост её популяции. Безусловно, возвращение улова сайры на рынок было бы крайне благоприятным событием, особенно в свете позитивной динамики рынка рыбных консервов. Этот вопрос был детально рассмотрен совместно с коллегами из Центра развития промысла и технологий (ЦРПТ), где обсуждались актуальные проблемы и перспективы консервного сегмента. Очевидный положительный эффект, уже продемонстрированный введением маркировки, свидетельствует о потенциале для дальнейшего роста. Возобновление поставок сайры способно существенно оживить и укрепить весь рынок, поскольку данный вид продукции традиционно относится к категории безусловных лидеров потребительского спроса, обладая многолетней и устойчивой репутацией у покупателей.
– Есть ли проблема уничтожения хищниками тех видов рыб, которые можно употреблять в пищу?
– Существует непревзойдённый справочник по промысловым рыбам СССР, изданный в 1949 году Пищепромиздатом. Он был подготовлен ВНИИ рыбного хозяйства и океанографии – учреждением, которое тогда было всесоюзным, а ныне является Всероссийским. Этот объёмный труд, около четырёхсот страниц, настоящий атлас. В нём изложена фундаментальная истина: хищничество является родовым признаком рыб. Все они питаются либо другими рыбами, либо собственными сородичами. Таким образом, перефразируя Homo homini lupus est, можно сказать: рыба рыбе рыбоед. Это широко распространено в реках, озёрах, в море – такая природная особенность.
– Как вы можете оценить начало года, успешный ли он? И можно ли уже давать какие-либо прогнозы по общему вылову и вылову лососёвых?
– В соответствии с промысловым календарём, морская минтаевая путина проходит в период с 1 января по 10 апреля. На текущий момент её показатели отстают от уровня прошлого года. В эти дни на Камчатке ВНИИ рыбного хозяйства и океанографии проводит научные слушания. Специалисты Камчатского и Сахалинского филиалов института представляют предварительные прогнозы по лососёвым. Согласно имеющейся неполной информации, прогнозируемый вылов лососёвых на западном побережье в текущем году ожидается несколько ниже предыдущих показателей. Официальные и уточнённые данные наука представит к середине марта. Таким образом, текущий вылов идёт с некоторым отставанием от прошлогоднего. Аналогичная ситуация наблюдалась, например, в 2014 году. В 2017 году отставание было связано с аномально высокой ледовитостью Охотского моря на соответствующий период. В нынешнем году доля обледенения акватории Охотского моря не является определяющим фактором. Однако, по данным трёхнедельной давности, количество штормовых дней было выше обычного. На сегодняшний момент прошло 42 дня года, что составляет шесть недель из пятидесяти двух. Делать окончательные выводы преждевременно.
– В чём причины падения вылова иваси и кальмара?
– По данным экспедиций с 28 августа по 15 сентября, исследования зафиксировали существенную аномалию температурного режима в нашей экономической зоне. Именно эта разница температур отклонила основные косяки иваси от традиционных путей миграции вдоль наших берегов. По итогам года мы добыли в открытой части Мирового океана и в исключительных экономических зонах иностранных государств, в частности в японских водах, 44,5 тысячи тонн сардины-иваси. В собственных же российских водах вылов составил лишь 700 тонн. Для сравнения: в предыдущем году практически весь объём, превышающий пятьсот тысяч тонн, был освоен именно в российской зоне. Смещение промысловых скоплений связано исключительно с изменением гидрологических условий – температурой воды и направлением морских течений, которые обусловили перераспределение косяков. Именно поэтому мы полагаем, что в настоящее время нет оснований для прогноза о начале очередного циклического снижения численности популяции, которое за минувшие сто лет наблюдалось трижды: в сороковые, шестидесятые и девяностые годы. Как современная наука, так и мы считаем, что текущая ситуация не является четвёртым таким циклом. Она обусловлена конкретными гидрологическими процессами на границе Японского и Берингова морей. Ситуация с кальмаром является более сложной. Научное сообщество допускает, что по этому объекту можно говорить о некотором сокращении запасов, что и привело к наблюдаемому снижению вылова.
– Экспорт в какие страны у нас происходит?
– Наша экспортная география представлена четырьмя крупными и несколькими растущими рынками. Если говорить о ключевых направлениях и динамике прошлого года, то объём поставок в Китай вырос на 12% в денежном выражении, достигнув 3,5 миллиардов долларов США. Этот рост обеспечен, прежде всего, увеличением стоимости поставок мороженого минтая, мороженой сельди БГ, а также ростом в натуральном выражении поставок мороженой и живой крабовой продукции.
Объём поставок в Республику Корею увеличился на 5%, достигнув почти миллиарда долларов. Детальный анализ позволяет сделать вывод, что существенная часть этого экспорта является транзитной: продукция российского происхождения, выгруженная в портах Пусана, далее направляется во Вьетнам, Индонезию и Малайзию. Это подтверждается сопоставлением данных таможенной статистики Республики Корея и указанных стран, которые показывают рост импорта российской продукции в 2025 году.
Остаётся серьёзным партнёром Япония: объём экспорта в 2025 году вырос на 7%, составив практически 900 миллионов долларов США. И существенным и важным рынком является Европейский союз. Поставки российской рыбопродукции в страны ЕС в 2025 году увеличились на 9%, достигнув 790 миллионов долларов США. Почти половина этого объёма – около 48% – пришлась на поставки филе минтая.
Такой положительный для российской рыбной отрасли и экономики в целом результат обусловлен, в частности, отменой экспортных пошлин. Для сравнения: в 2024 году, в условиях их действия, объём поставок филе минтая в Европу значительно сократился из-за ценовой конкуренции с американской продукцией.
Наблюдается хорошая динамика и по другим географическим направлениям, о перспективах которых мы говорили ранее. Поставки российской рыбопродукции в страны Африки в 2025 году увеличились более чем вдвое – с 18 до почти 40 миллионов долларов США. Поставки на рынки Ближнего Востока также показали значительный рост, увеличившись на 113% – с 24 миллионов долларов США в 2024 году до 51 миллиона долларов США в 2025 году.
– Существует ли риск, что рост экспортных поставок будет создавать дефицит и провоцировать рост внутри страны?
– Результаты прошлого года свидетельствуют, что подобной динамики не наблюдается. Наша работа была эффективной. В случае с сельдью, например, цена снижается. Что касается мойвы, существенного роста цен также не произошло. Убеждён, что подобные опасения находятся в поле самого пристального внимания Министерства экономического развития при рассмотрении любых потенциальных защитных мер. Проиллюстрирую на примере: в 2020 году, в третьем квартале, действительно обсуждалась возможность введения специальных защитных мер в отношении красной икры.
Однако после детального анализа рыночной ситуации и ценового состояния – посредством очень тщательного, сплошного мониторинга, который осуществляет Федеральная антимонопольная служба, – эта мера не потребовалась. В прошлом году ФАС успешно провела такую проверку, а с 1 марта текущего года в её распоряжении появляется дополнительный инструментарий: регистрация внебиржевых контрактов.
Поэтому, хотя я и не могу привести конкретных прецедентов, уверен, что данная обеспокоенность регуляторами не просто осознаётся, а находится на постоянном контроле. При малейших признаках негативного воздействия на внутренний рынок будут незамедлительно рассматриваться и приниматься необходимые регуляторные меры.
– Вы говорили, что одной из причин неплохого финансового результата 2025 года стала отмена пошлин. Какой прогноз на этот год, учитывая тенденции в России по срочному наполнению бюджета, каков реальный риск их возвращения в этом году?
– Сравнивая показатели 2025 года с данными за 2024 год, обратимся к графику. На нём столбцами отображен сводный финансовый результат предприятий – ежемесячный, не нарастающим итогом, с привязкой к курсу рубля и кредитным ставкам. Важно отметить, что показатели за 2025 год, представленные ранее, охватывали лишь десять месяцев. Теперь в нашем распоряжении данные за полный год, и мы можем говорить о сумме в 12 миллиардов. Точная цифра составляет 129,8 миллиарда рублей. Обратите внимание: несмотря на ослабление курса рубля в минувшем году и, как следствие, снижение рублёвой выручки относительно уровня 2024 года, сводный финансовый результат предприятий продемонстрировал рост. Курс в течение всего 2025 года сохранялся на уровне, превышающем показатели 2024 года на 10–12 процентных пунктов. Банковская ставка продолжала расти, начиная с 2024 года.
Ключ к пониманию этой динамики – период между 2023 и 2025 годами, отмеченный самым низким показателем на графике. Этот «вырванный зуб» соответствует времени действия экспортных пошлин. Если бы мы дополнили график данными по объёмам экспорта филе минтая на европейский рынок за 2024 и 2025 годы, мы увидели бы разительное, вопиющее противоречие. Следовательно, экспортные пошлины представляют собой значительную статью расходов. Возможность их возврата в текущем году будет иметь безусловно негативные последствия для рыбной отрасли. В настоящее время Министерство экономического развития готовит доклад Правительства во исполнение поручения Президента Российской Федерации от 3 декабря прошлого года. Ведутся аналитические работы, изучаются данные 2024 и 2025 годов, строятся прогнозы. Наша принципиальная позиция заключается в следующем: экспортные пошлины – это убийцы рыбного экспорта.
В качестве примера часто приводят Вьетнамскую ассоциацию производителей и экспортёров морепродуктов (ВАСЭП), чьи представители выступали на Международном рыбопромышленном форуме. Экспорт ассоциации в минувшем году составил 11 миллиардов долларов США, и перед ней стоят новые амбициозные задачи. Фундаментальной причиной такого успеха является наличие свободных таможенных зон и отсутствие таможенных барьеров для экспорта, как это реализовано во Вьетнаме в отношениях с Европой, странами АСЕАН и Китаем. Китай, кстати, является одним из крупнейших рынков; Вьетнам занимает второе место по поставкам краба в эту страну.
Любые таможенные барьеры включают страну в иную экономическую реальность, подобно системе МЕРКОСУР (исп. MERCOSUR – El Mercado Común del Sur) – крупнейшее интеграционное объединение в Южной Америке). Экспортные пошлины – это гири, прикованные к ногам экспортёра. Наш анализ охватывает все ключевые сегменты: минтай, тресковые, лососевые, крабовые, сельдевые. В каждом из них мы наблюдаем очевидные минусы, которые подобные фискальные меры создают для экспортного потенциала.
– Отраслевое сообщество в 2025 году встревожила информация о возможных ограничениях для флота старше 40 лет. Что известно о дальнейшем движении этой инициативы?
– В соответствии с поручением Дениса Мантурова, Минтранс ведёт разработку проекта закона, предусматривающего установление запрета на заход в морские порты страны судов, достигших возраста 40 лет и более. Данный законопроект, в исполнение поручения Правительства, в декабре был направлен в заинтересованные ведомства для проведения предварительного рассмотрения и согласования. В настоящий момент документ находится на начальной, внутриведомственной стадии законодательного пути, которая предшествует официальному межведомственному согласованию и последующему публичному обсуждению. Таким образом, законопроект ещё не представлен для широкой общественной дискуссии. Министерство транспорта продолжает плановую работу над совершенствованием текста законопроекта и проработкой всех вопросов.
– Восстановилась ли отрасль на Камчатке после землетрясения?
– Землетрясение в августе прошлого года, затронувшее Камчатку и Парамушир, нанесло существенный ущерб инфраструктуре и материальным активам ряда предприятий. Воздействие не носило отраслевого характера, но оказалось крайне серьёзным для организаций, расположенных в Северо-Курильске. Данные предприятия были вынуждены в третьем и четвёртом кварталах направить значительные финансовые средства на восстановление своей производственной базы. На территориях Камчатки и острова Парамушир в Сахалинской области, включая Северокурильск, прямые материальные последствия землетрясения ликвидированы. Предприятия возобновили свою работу, однако это потребовало от них колоссальных финансовых затрат, а также исключительной вовлечённости и напряжённой организационной работы руководства.
– Каковы приоритетные задачи, инициативы на 2026 год?
– В настоящее время перед нами стоит ключевая задача – справиться с масштабным вызовом текущего года: внедрением цифрового информационного оброка для рыбопромышленного комплекса. С 1 марта стартует регистрация внебиржевых контрактов, а с осени возможно введение обязательной маркировки замороженной рыбной продукции и полуфабрикатов. Сами по себе эти инициативы выглядят разумными, однако их практическая реализация вызывает у нас серьёзные опасения.
Первая проблема – эффективность информационных систем для учёта внебиржевых сделок. Вторая, и более существенная, – очевидная техническая сложность организации маркировки непосредственно на рыбопромысловых судах. На борту траулера, где каждый квадратный сантиметр на вес золота, установка дополнительного оборудования представляет собой нетривиальную инженерную задачу. Главный же вопрос – обеспечение его бесперебойной работы и ремонтопригодности в суровых эксплуатационных условиях.
Это не сопоставимо с ситуацией на материковом предприятии, куда специалист может прибыть для ремонта в течение дня. Более 120 судов флота работают в акваториях Охотского и Берингова морей, зачастую находясь в 600–700 километрах от ближайшего порта, а иногда и в нескольких сутках хода от Петропавловска-Камчатского. В такой обстановке гарантировать оперативное техническое обслуживание и ремонт оборудования, на наш взгляд, пока не представляется реалистичным.
Мы сознательно избегаем категоричных формулировок, поскольку сейчас идёт экспериментальная фаза. Мы активно в ней участвуем и благодарны коллегам за готовность к совместной работе. Однако существует реальный риск, что вся концепция может столкнуться с непреодолимым препятствием: выходом оборудования из строя в удалённой точке океана, где его невозможно оперативно восстановить. Таким образом, наша принципиальная позиция такова: правильная идея контроля товарных потоков и транзакций не должна выродиться в формальный цифровой оброк, в ещё один финансовый налог на бизнес. Внедряемые механизмы обязаны быть технически осуществимыми и не приводить к параличу производственной деятельности. Это является основным условием их легитимности и эффективности.
